5 Я пришёл на ранчо за час до назначенного времени, очень скоро появилась и Таня. Андрей, младший Мишин брат, поставил на электроплитку чайник. Не успел он вскипеть, как за окном промелькнули два высоких силуэта и один миниатюрный: Оля Елагина, Куба и Наташа Касымова. Чуть позже подошли Света Шульц и Вадим, сели в уголке и зашептались о чём-то своём.
Таня была уже в образе: она закрыла глаза и ритмично покачивалась, в мыслях сидя за новенькими барабанами…
– Едут! – воскликнул Андрей, первым услышавший звук мотора, и выскочил во двор. Через минуту серая от пыли «Ява» с коляской остановилась под окном, и работники, отряхнувшись, ворвались в дом, и без того набитый почти под завязку. Олег поставил на табуретку большой ящик с мелким виноградом, по виду мускатом, а Марина – ведёрко с очень крупным на стол.
– Это съедим, – объяснила она, – а вон то пока не трогайте.
Ягоды в ведёрке были продолговатые, золотистые, на свет почти прозрачные, – «италия», самый вкусный сорт.
– Урожайный год. Ящик можно взять, никто слова не скажет, – объяснила Марина. – Вы завтра тоже постарайтесь.
Уставшая, хоть и не подающая виду, она стояла в старой, на боку прожжённой кислотой тельняшке, заправленной в латаные-перелатанные джинсы, и тяжёлых коричневых ботинках. Через плечо висела брезентовая сумка, спутанные каштановые пряди выбивались из-под косынки на чумазый лоб… Прекрасна, нет других слов!
– Пойду окачусь, – сказала Марина и шагнула к двери. Олег с Мишей уже вовсю плескались на колонке.
Куба, не вставая, взял её за ремень, подтянул к себе и усадил на колени. Я остолбенел на миг, и это мягко сказано. Марину?! Вот так легко, так запросто, будто какую-то сиротку из нашего класса?! Гром, молния, ураган, сейчас развалится домик!.. Но Марина только поморщилась с лёгкой досадой:
– Да Вовчик, блин… Дай привести себя в порядок.
– Ты в полном порядке, бэйби, – ответил Володя.
Марина вздохнула с терпеливым и снисходительным видом няни, в сотый раз объясняющей малышу, как вести себя за столом, и, запрокинув голову, что-то прошептала ему на ухо. Володя мгновенно отпустил её, предложив:
– Хочешь, колонку покачаю?
– Не надо, Оля справится. Идём, дорогая, поможешь.
Оля Елагина с готовностью приобняла её за плечи и вывела во двор, захватив по дороге ведёрко «Италии».
– Что, Куба, облом? – посочувствовал Андрей, младший Мишин брат.
– Цыц, малой, – беззлобно огрызнулся Володя. – Вам с румыном ещё рано смотреть взрослое кино.
– Птичку нашу прошу не обижать! – вступилась за меня Наташа. – Пусть смотрит на здоровье. Всё, что надо, сама покажу. Будут вопросы – объясню.
– Я потом, что непонятно, объясню!.. – протянул Вадим из своего уголка.
– Я сегодня не румын. Сегодня меня зовут Сократос Папастратомаврохристокар-рогелопулос, – сказал я, только один раз запнувшись.
Наташа, приложив тыльную сторону кисти к моему лбу, пожала плечами:
– Вроде, всё нормально.
– Проверь другой рукой, – посоветовал Куба. – Да не меня же!..
– И тебя вылечим, – невозмутимо продолжала Наташа.
