Книга Римские каникулы - Олег Рой

Конечно, такое решение не далось даром. Полночи Римма проворочалась в постели без сна, перебирая в памяти события прошедшего дня, вспоминала улыбку и взгляд Ромоло, его прощальную бессвязную, но такую пылкую речь: то ли жалобу на неумолимую суровость судьбы, то ли недосказанное признание во вспыхнувшей с первого взгляда страсти.

Еще вечером Римма попыталась связаться с Ульяной, чтобы заручиться ее поддержкой или хотя бы выговориться, если вдруг та не одобрит ее планов. Но Ульяне было не до подруги: от нее только что уехал Егор. Не слушая Римму, она едва поздоровалась и с ходу принялась тараторить, делясь восторгами, как он здорово помогает ей с ремонтом: нашел отличных мастеров, контролировал их работу, да еще и так прекрасно поладил с Викой, как у самой Ульяны не всегда получалось. Римме осталось только молча выслушать подругу, порадоваться за них обоих и распрощаться, так и не сказав ни слова о своих собственных делах.

Проснувшись утром, она поняла, что намерение задержаться в Риме на выходные никуда не исчезло. Если разобраться как следует, в нем не было ничего из ряда вон выходящего: сегодня – пятница, и у Риммы будет еще два с лишним дня, чтобы насладиться прогулками по городу в обществе Ромоло. Она проверила: есть подходящий рейс на Москву в восемь вечера в воскресенье, и поменять билет на эту дату можно довольно легко. Да, дома она окажется поздно ночью, ну и что тут такого? В понедельник утром как миленькая придет на работу. Будто бы раньше ей никогда не приходилось ложиться спать глубоко за полночь!

Одобрительно хмыкнув, она выбралась из постели и, отправившись в ванную, по дороге задержалась у окна, чтобы еще раз взглянуть на чудесный город.

Как говаривал один французский король, Париж стоит мессы.

К Риму это тоже относится в полной мере.

Быстро собравшись и еще быстрее распрощавшись с уезжающим Матвеем, она отправилась в город и уже знакомой дорогой дошла до кафе. Увидев ее издалека, Ромоло в первый миг просто глазам не поверил, чуть не выронил поднос, бросился к ней через площадь и остановился как вкопанный, не дойдя пары шагов. Лицо его так и светилось неподдельным счастьем.

– Вот это сюрприз! – задыхаясь, воскликнул он.

– Я тут подумала: впереди выходные. Незачем мне торопиться в Москву… – несколько подрастеряв тщательно отрепетированную небрежность голоса, начала было Римма, но тут он восторженно закивал и пылко сжал ее руку.

– Конечно же незачем! Ведь теперь у твоих ног будет весь Рим!

Она невольно улыбнулась такой горячности: его высокопарная манера выражаться порой казалась очень забавной. Чтобы скрыть смущение от экстравагантности собственного поступка, она оглянулась по сторонам, отыскивая подходящую тему для разговора. Взгляд упал на вывеску с названием кафе, на которую она раньше не обращала внимания:

– «Ромоло» – с удивлением прочитала она. – Так твои родители назвали кафе в честь сына? Как это мило!

– Как бы не так! – засмеялся он в ответ. – Все было с точностью до наоборот. Это меня назвали в честь кафе. У деда было двое детей – моя мать и ее младший брат. Я тебе уже говорил, что это кафе – наш семейный бизнес. Дед долго раздумывал, кому его оставить. Вроде бы наследником должен быть сын, хоть он и младший. Так всегда было принято. Но тот, как назло, был не особо трудолюбив, да и вообще к бизнесу не слишком способен. А мать прямо с самого детства мечтала стать хозяйкой собственного заведения. С малолетства помогала отцу, а когда вышла замуж и родила сына, назвала меня Ромоло. Даже с мужем не посоветовалась, представляешь? Уж не знаю, помогло это или нет, но дед оставил бизнес ей.

Тут в дверях кафе появилась немолодая женщина в темном платье – невысокая, полноватая, с густыми пышными волосами, зачесанными назад и заколотыми высоким гребнем на старомодный манер.

– А вот и она! – воскликнул Ромоло и помахал рукой.

Женщина кивнула и строго посмотрела на сына, непозволительно долго болтающего с гостьей, которая к тому же ничего пока что не заказала. Словно почуяв ее недовольство, Ромоло попросил Римму присесть, немедленно скрылся внутри кафе и через несколько минут вернулся с отличной новостью: удалось уговорить маму дать ему несколько выходных. Та хоть и без большого восторга, но согласилась, и теперь они смогут побыть вдвоем.

Они провели вместе еще один удивительный день. Вновь гуляли по городу, и Ромоло показал Римме пару очаровательных, совершенно нетуристических мест. Чего только стоил рынок в Порта Портезе, где продавали всякую прелестную старину! Как уверял Ромоло, здесь можно было купить что угодно: от ретрооткрыток и бижутерии до винтажной одежды и уникальных антикварных вещей. Они долго бродили между вешалок с довоенными платьями, барочных столиков на вычурных гнутых ножках и величественно-огромных, словно иконостасы, резных комодов из темного дуба, неизвестно как втащенных на эту площадь. Возле одной из стоек со шляпами на Римму напало особенное веселье: она стала примерять одну за другой, вертясь перед зеркалом и задорно поглядывая на Ромоло. Нацепив какой-то совсем уж немыслимый ярко-лиловый капор, схватила выцветший веер из страусовых перьев, принялась обмахиваться им, комично закатывая глаза, как престарелая герцогиня. Ромоло с радостью подыграл: хохоча во все горло, стал кланяться ей и фотографировать Римму на телефон.

А когда пришел вечер, оказалось, что сегодняшнее приключение еще не окончено: Ромоло пригласил ее в «Акаб» – модный клуб, чтобы вместе потанцевать и послушать музыку.

– Он такой классный! Самый лучший в городе! – с жаром убеждал он. – Я там нечасто бываю, но знаю точно: скучно не будет. Если ты, конечно, любишь такие места…

– Еще как люблю! – радостно воскликнула Римма. – Сегодня я готова танцевать всю ночь напролет.

Они ненадолго расстались, условившись, что в десять он заедет за ней в отель. Ромоло нужно было проведать мать: ему было все же неловко, что он так внезапно оставил их с сестрой без помощи. А Римма решила, что ей не помешает слегка отдохнуть перед предстоящей бессонной ночью. К тому же нужно будет переодеться для танцев.