Писание богов, 2:18Надя и Малахия заблудились. Очевидно, среди талантов мага крови не значилось определение правильного пути.
Надя обхватила себя руками, пытаясь сдержать сильную дрожь. Оглянувшись на нее, Малахия снял окровавленный военный мундир. Она с сомнением смотрела на символ того, с чем боролась всю свою жизнь. Но все же приняла его предложение, потому что от ее пальто остались одни клочья, а транавиец, казалось, не замечал холода. Мундир все еще хранил тепло его тела. И Надя расправила рукава, чтобы прикрыть руки.
Оглядев ее, Малахия вновь повернулся к лесу.
«Надо было перерезать ему горло. Я переживаю из-за того, что ты вновь пощадила его», – сказала Марженя.
Эта мысль, возникшая в подсознании, воспринималась как совет.
Надя заметила, что Марженя стала чаще следить за ней, окутывая своим вниманием и периодически отпуская комментарии. Но ей это нравилось. Она чувствовала себя спокойнее от того, что богиня находилась рядом и следила за ней. Потому что все еще нервничала от возложенной на нее ответственности. Хотя такие мысли не годились для избранницы богов. Отец Алексей всегда твердил ей, что самое важное – держать свой ум в узде и не допускать сомнений. И хотя человеку было свойственно сомневаться, она не могла себе этого позволить.
Как бы Маржене этого ни хотелось, Надя не хотела новых смертей. Была вероятность, что когда – или если – они с Малахией доберутся до церкви, то никого там не обнаружат. Правда, никто из них не хотел признаваться в этом.
Надя сомневалась, что это не сломает ее. Может, и не стоило надеяться, что их бегство спасло остальных, но она не хотела смиряться с мыслью, что ее последняя подруга умерла и теперь ее единственным спутником будет транавийское отродье. Анна должна была выжить.
А еще Надя не могла отделаться от чувства, что бросила Анну так же, как и Костю. Стоило ли убегать ради собственного спасения, чтобы впоследствии выполнить великую миссию, если это означало потерять все и всех?
– Мы не продержимся и одной ночи, – заметила Надя, когда они остановились на поляне, чтобы передохнуть.
Малахия задумчиво посмотрел на деревья:
– Как думаешь, нас убьет холод или то, что скрывается в этих горах?
– Мне бы не хотелось знать ответ на этот вопрос.
На его лице появилась легкая улыбка, когда он повернулся к ней.
– А может, это будут твои «друзья»? – усевшись на поваленное дерево, спросила она. – Это лишь вопрос времени, когда они найдут нас.
– Разве в Калязине нет чудовищ?
Она прищурилась, раздумывая над ответом, но он явно не ждал его, потому что тут же продолжил:
– Роза высокомерна, – сказал он. – Она оставила Алекса, лучшего Стервятника-следопыта в Транавии. И теперь ей нас не найти.
Надя провела рукой по четкам и покосилась на книгу заклинаний, висевшую на бедре Малахии. Ей с трудом верилось, что другие Стервятники не могли просто разрезать руку и найти их.
Он проследил за ее взглядом и, казалось, понял, о чем она подумала.
– Большинство транавийцев, включая Стервятников, покупают свои книги с уже вписанными в них заклинаниями. Но я пишу их сам.
– Так почему ты уверен, что Роза до приезда сюда не написала несколько заклинаний слежения?
– Просто это маловероятно.
– Даже если так, это ничего не меняет. Они могли остаться в церкви и убить Анну, Париджахан и Рашида, пока мы бродим по горам, медленно замерзая до смерти.
Она понимала, что поддается панике, теряла самоконтроль, но ничего не могла с этим поделать. Все должно было быть по-другому.
Малахия сел в нескольких сантиметрах от нее, но она почувствовала исходящее от него тепло. И почти поддалась желанию прижаться к нему. Почти.
Надя спрятала лицо в руках. Ей не верилось, что не было никакого выхода. Она собиралась вернуться в церковь за Анной, несмотря на риск. Но совершенно не знала, что делать дальше. Она могла убегать и дальше, ведь это единственное, что у нее так прекрасно получалось.
А могла покончить с этим. Надя встретилась взглядом с магом, и тот поднял брови.
– Если мы убьем транавийского короля, Стервятники тоже исчезнут?
Он покачал головой:
– У их ордена есть свой глава, Черный Стервятник. – Заметив разочарование на ее лице, он продолжил: – Ты можешь нарушить приказ, Надя. Ты уже это сделала.
