(ИЗ СКАЗАНИЙ ВЕЛИКОГО РЕАЛИСТА) Лежала на кровати и смотрела на потолок. Обыкновенный потолок без каких-либо украшений. Знала, что скоро за ней придут, да вот только сердце трепыхалось от страха и неизвестности. Каково наказание за попытку побега? А за покушение на жизнь внебрачного сына Императора?
– Что, готовишься к мытью полов? – издевалась одна из воспитанниц Академии.
– А может быть, ее заставят вычищать подвалы? Кажется, там живут вооот такие крысы… – вторила ей подруга.
Эти девушки значительно отличались от остальных – как внешним видом, так и отношениями с персоналом учебного заведения. Они выполняли все безропотно, точно зная, какая судьба им предстоит.
– Лучше драить полы и чистить подвалы, чем добровольно согласиться стать отменной потаскухой для Лорда. Но вам ведь нравится ваша участь, не так ли? – нашлась Петра с ответом.
Петриция одновременно боялась и ждала наказания. С каждой минутой ее силы возвращались, увеличивались по крупице, давая шанс на новый побег. Двери распахнулись, вынуждая тело вздрогнуть. Те обрывки воспоминаний нахождения в этой Академии она уже не забудет никогда…
– Поднимайся и на выход. – Бородач смотрел с ехидством и задором.
Для него все это было развлечением, а для Петриции очередной борьбой за собственную жизнь.
Неохотно шла по коридору, но конвоир все время подталкивал в спину, заставляя идти быстрее. Коридор сменился залом, а затем и кабинетом. Леди эль Нугро вальяжно восседала в своем кресле, и взгляд ее обещал девушке вечные адовы муки.
– На колени! – прогремело в тишине, но Петра не шелохнулась.
Пыталась разбудить стихии, кидала им зов, но силы молчали в ответ.
Женщина кивнула помощнику, и бородач с силой надавил девушке на спину, вынуждая ее опуститься на колени. Закрыв глаза, молилась всем известным богам, но стихии не выходили. Чувствовала их каждой клеточкой, ощущала приток в венах, но он был слишком мал для того, чтобы создать хотя бы простенькое сплетение.
Помощник главы заведения одним легким движением распорол платье на спине у Петриции. Ткань слегка опустилась по бокам. Не пыталась встать или закрыться, продолжая тратить время на концентрацию. Слишком жалкая. Слишком слабая. Такой девушка ощущала себя в эти долгие минуты.
– Что ж. Я преподам вам урок воспитания, Леди эль Колдроус. Думаю, вы запомните его надолго и больше не повторите своих ошибок.
Чужие сплетения оплели руки и ноги, пригвождая их к полу. Отчаяние затапливало разум, вонзалось когтями в сердце. Теперь, если бы и хотела, не смогла подняться. Взывала к стихиям, касаясь каждой поочередно, но получала лишь слабенький отклик, будто меж ними стояла толстая непробиваемая стена.
Замах. Свист врывается в уши, а удар обрушается на незащищенную кожу, обжигая болью. Короткий крик разнесся по кабинету, бесследно впитываясь в стены.
– Это только раз, а впереди еще девять.
Слезы ненависти, обиды и злости струились по щекам, срываясь каплями на пол. Скрежет ногтей отдавался вибрацией в теле.
Замах. Молилась, кричала изнутри. Душа билась в агонии, но больше не проронила ни звука.
– Доверься… – шепот настиг неожиданно, вынуждая выплыть из собственного ада, в котором удары ложились один за другим. – Раскройся…
Тьма впервые заговорила с девушкой, но Петра отчетливо понимала, что это именно она. Здесь и сейчас больше не было детских игр. Пора забыть о том, что добро не имеет кулаков. Собственная жизнь – именно жизнь, а не безвольное существование – дороже. Замах, свист, выдох… Последний рубеж доверия.
