…Он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон![49]
ЗЕБ:
Прежде чем направиться к бассейну, наши жены заспорили о том, как одеваются барсумианские воины, – достичь единодушия в этом споре оказалось тем труднее, что более или менее трезвым в нашей компании был я один. Пока я излагал свою «позорную историю», Джейк уничтожил еще одну порцию виски со льдом и теперь был очень расположен этак добродушно с кем-нибудь подискутировать. Дамы выпили всего по одному хайболлу, но Дити только разрумянилась, а Шельма так мало весит, что от той же дозы была уже хороша.
Мы с Джейком согласились остаться при клинках. Раз уж наши принцессы их на нас нацепили, мы решили их не снимать. Но Дити потребовала, чтобы я снял замасленные шорты, в которых работал.
– Капитан Джон Картер никогда не ходит одетым. Он прибыл на Барсум нагим и с тех пор никогда не надевал ничего, кроме портупеи, как и подобает воину. Портупея, украшенная драгоценными камнями, – для торжественных церемоний, простая – для схваток. И ночные шелка при отходе ко сну. Барсумиане не носят одежды. Когда Джон Картер впервые увидел Дею Торис. – Дити закрыла глаза и начала наизусть: – «Она была лишена каких-либо одеяний, как и зеленые марсиане… если не считать ее пышных украшений, она была совершенно нага». – Дити открыла глаза и многозначительно взглянула на меня. – «Женщины не носят одежд – только украшения».
– Слшком нн… ик!.. ххладно, – икнув, заметил ее отец. – Пршу прщен’я.
– Когда становилось прохладно, они закутывались в меха, папа. То есть я хочу сказать «Морс Каяк, мой высокочтимый отец».
– Да не пр…хладно, а нн-накладно, – ответил Джейк, старательно выговаривая слова. – Представьте себе: сталь звенит, сверки клинкают… клинки сверкают, а на тебе болтаются фамильные сокровища: бац тебя по коленкам, бац… Отвлекает. Кроме того, их могут сорвать. Верн’, капитан Джон Картер?
– Логично, – согласился я.
– И вообще на иллюстрациях все изображены в надбедр’ных повязках. А под ними, наверн’, плавки. Стальные. Я бы носил.
– Папа, эти картинки рисовали в начале двадцатого века. У них там была цензура. А в тексте ясно сказано: мужчины носят оружие, женщины – драгоценности. Когда холодно, меха.
– Я знаю, как бы я одевалась, – влезла в разговор Шельма. – Тувия носит драгоценности на таких, знаете, кусочках прозрачной ткани. Я помню картинку на обложке. Это не платье, а так – чтобы было на что прицепить брошки. Дити – ой, прости, Дея Торис, найдется у тебя прозрачный шарфик – мне надеть? К счастью, когда Морс Каяк меня похитил, мои жемчуга были на мне.
– Шельма, – возразил я, – ты никак не можешь быть Тувией. Тувия вышла замуж за Карториса, а твой муж Морс Каяк, точнее, Морс Каджейк — возможно, некоторое расхождение в написании с марсианским.
– Конечно, мой муж Морс Джейк! Но я его вторая жена, так что все в порядке. Однако подобает ли Владыке Барсума именовать принцессу династии Птарт Шельмой? – Миссис Берроуз гордо вытянулась во все свои сто пятьдесят два сантиметра и приняла оскорбленный вид.
– Прошу простить меня, ваше высочество.
Шельма хихикнула:
– Не могу сердиться на нашего Владыку. Дея Торис, детка, есть у тебя зеленый тюль? Или голубой? Любого цвета, только бы не белый.
– Пойду поищу.
– Дамы, – возмутился я, – если мы будем столько времени собираться, бассейн замерзнет. Обойдемся сегодня без жемчуга. Кстати, откуда на Барсуме берется жемчуг? Морское дно там безжизненное, устриц нет.
