Глава 9
ЦЕМРА
Громоздкие, неповоротливые транспорты ящеров крепко обсели йертайанский истребитель, прильнув с флангов. Мастер Войны потянул ручки управления, как узду строптивого коня, жестко и точно; вертикальные зрачки истончились в нитки. Его корабль вздыбился, уходя коброй: вверх и назад. Тотчас коротко и зло плюнули бозонные пушки, в бортах противника оплыли язвами смертельные черные провалы, из которых повалили окоченевшие в звездном вакууме чешуйчатые трупы.
— Ненавижу… животные, сдохните все, — сжались губы. — Да славится величие империи Йертайан!
Он крутнул ручки еще, еще, заводя свой корабль в штопор — очень быстро, предельно четко. Скорость решала все — кто первый, тот выжил.
Он выживал всегда.
Более того — он побеждал.
Вселяя ужас в противников империи, которой служил.
Он, не знающий сомнения, страха и боли. Мастер Войны.
Справа появились еще пять ящерских кораблей. Шли плотным клином, почти борт к борту, смертоносным кулаком.
Полыхнуло синим.
Тьма.
Он пришел в себя от настойчивой тряски.
— Очнитесь, очнитесь! — умолял встревоженный женский голос. — Господи, сколько крови! И нашатыря же нет, и перевязать нечем…
Обитаемая планета. И он понимал эту речь.
Речь его врагов — одних из множества.
Не открывая глаз, он прислушался к своим нейронам. Ранен. Серьезно. Не слишком удачное катапультирование?.. Но Мастеру Войны не было больно. Родившимся от Черных Линий не было больно никогда. Такими они ступали на землю — величайшими из убийц.
Женщина суетливо хлопотала над ним, трясла и так и эдак, путаясь в бесконечных полотнищах его одежд, не понимая, откуда кровь.
Он был ранен, да; капсула катапульты разбилась вдребезги. Сам истребитель был где-то здесь, был жив, это ощущалось по легкой пульсации пеленгатора, сжимающего запястье — там, где все прочие от народа йертайан носили браслет, символ супружеских уз.
Мастер был повенчан с войной.
Женщина не унималась, причитала и трясла, голос ее подрагивал. Она была встревожена.
Под закрытыми веками Мастера Войны неслась звездная круговерть. Контузия. Еще и контузия… открыл глаза, белые глаза с нитками вертикальных зрачков.
Он увидел склоненное над собой миловидное округлое лицо. Короткие темные волосы, темные глаза.
Женщина вздрогнула. Он увидел ее круглые зрачки. Она — его вертикальные.
Оторопела.
— Вы кто?
— Я Мастер Войны.
Горло не слушалось. Он чувствовал, как давится собственной кровью. Судорога стиснула внутри, изо рта плеснуло горячей красной слизью.
Но боли не было. Был только урон.
Женщина ахнула.
— Скорую, скорую надо вызвать! Скорую… В наш поселок они будут два часа ехать, а своего фельдшера нет. Вы кровью истекаете! Мастер… Это же ролевое движение? У вас игра неподалеку? Я шум слышала, пиротехника, да? Но я перевяжу, мы продержимся до их приезда, обязательно продержимся…
Она говорила много всяких слов — наверное, чтобы не бояться самой.
Он сплюнул.
— Это взорвалась… капсула, так называется.
Этот язык!
Женщина наклонилась совсем близко, вглядываясь. Темные глаза. Миловидное лицо. Она изучала его — тонкие, будто девичьи черты, изящно прорисованные брови, огромные совершенно белые глаза с кошачьими зрачками, длинные змеиные пряди смоляных волос…
— Это же не линзы, — каким-то обреченным голосом сказала она. — И лицо у вас такое… вроде человеческое… но нет. Нет.
Окровавленные губы презрительно покривились.
— Человеческое… Нет. Это не линзы. Я не вашей расы.
— Ага, — коротко проговорила она. — Ага.
Больше слов от нее не было.
Он очнулся от того, что «увидел» жар.
