Я, право, добр! и всей душою Готов обнять, любить весь свет!.. —
это признание В. Л. Пушкина — героя стихотворения И. И. Дмитриева — перекликается со словами Стерна о том, что если бы он оказался в пустыне, то полюбил бы кипарис.
Стерн представил классификацию путешественников:
«Праздные путешественники,
Пытливые путешественники,
Лгущие путешественники,
Гордые путешественники,
Тщеславные путешественники,
Желчные путешественники.
Затем следуют:
Путешественники поневоле,
Путешественник правонарушитель и преступник,
Несчастный и невинный путешественник,
Простодушный путешественник
и на последнем месте (с вашего позволения)
Чувствительный путешественник (под ним я разумею самого себя)»[151].
Пожалуй, Василия Львовича можно считать не только чувствительным путешественником, но и путешественником простодушным и пытливым. Поэтому, скорее всего, его могли заинтересовать и «Письма об Италии» Шарля Дюпати, где помимо декларированных автором ощущений, чувств и идей есть пространные описания природы и не менее пространные описания произведений искусства (заметим, что «Письма об Италии» в русском переводе печатались в 1798 году в «Приятном и полезном препровождении времени», а в 1800 году вышли в свет отдельным изданием). Главным же образцом для В. Л. Пушкина явились «Письма русского путешественника» Н. М. Карамзина.
Карамзин совершил свое путешествие за границу в 1789–1790 годах. Сразу же по возвращении в Россию он опубликовал свое сочинение сначала в отрывках в 1791–1792 годах в «Московском журнале» и в 1794–1795 годах — в альманахе «Аглая». Затем в 1797 году «Письма русского путешественника» в четырех частях вышли в свет отдельным изданием и, наконец, полностью в шести частях были опубликованы в 1801 году. Сочинение Н. М. Карамзина, как писал он сам, «удостоилось лестного благоволения публики»[152]. Русские читатели с изумлением обнаружили, что поездка за границу нашего отечества может быть вызвана не только необходимостью государственной службы, надобностью лечения, намерением получить образование или же бегством от политического преследования, но просто желанием получить удовольствие от новых впечатлений. В сочинении Н. М. Карамзина каждый мог найти для себя то, что его интересовало: описание европейских достопримечательностей, рассказ о встречах со знаменитыми людьми, повествование об исторических событиях, свидетелями которых оказался русский путешественник. Карамзин знакомился сам и знакомил русских читателей с миром европейской культуры и еще — знакомил Европу с культурой России. Его путешественник — образованный просвещенный человек, достойный собеседник известных европейских писателей и философов: Иоганна Готфлида Гердера, Христофа Мартина Виланда, Шарля Бонне, Иммануила Канта…
Конечно, путешествие заставляло оставить надолго дорогих друзей. В начале своего пути карамзинский путешественник восклицал:
