Глава первая Вереница монологов
Лампочка перед номером на домофоне замигала. Через несколько секунд раздался громкий щелчок. Чуть позже ответил Галькин голос:
– Кто?
– Галька, это я. Можно я у вас переночую?
Задребезжал механизм, открывающий дверной замок. Валечка взялась за ручку, открыла дверь и оказалась на чистенькой светлой лестничной клетке. Лифт, такой же светлый и чистенький, довез ее до седьмого этажа. Там уже выглядывала из открытой двери Галька, облаченная в черное китайское кимоно с желтыми огнедышащими драконами:
– О! Явление Христа народу… Каким ветром-то? Поцапались опять, что ли?
– Можно мне войти?
– Милости просим. Только извини, у меня сегодня срач. Борька уехал на неделю. Вот я и отдыхаю. «Расслабьтесь, Штирлиц» – помнишь анекдотец?
Галька достала из нижнего ящика массивного встроенного шкафа тапочки и положила их перед Валентиной.
– Голодная?
– Не знаю.
– Ну, пошли на кухню, я как раз ужинать собиралась.
После ссор с Кириллом Валечка стала часто уходить из дома. У нее появилась огромная потребность искать поддержки у редких друзей. Аллочка была далеко, Тося всегда работала допоздна, играя в ресторанах. Свободные вечера были только у Гальки. У нее, в новой квартире на Богатырском, она теперь нередко ночевала. Борис приходил всегда поздно или, как и Кирилл, бывал в командировках, таким образом, у старых институтских подружек было время поговорить.
Валечка была очень благодарна Гальке за эти вечера. С тех пор, как не стало Яшки, Галька заняла в ее жизни место советчика, утешителя и душевного лекаря. Она обладала какой-то житейской мудростью. Валечка была уверена, закончи Галька не экономический факультет а, скажем, психологический, она вполне могла бы давать телевизионные консультации и имела бы гигантский успех… И это несмотря на ее местечковый говор и неправильную расстановку ударений в словах… И еще у Гальки была одна забавная особенность: она говорила то какими-то сельскими словечками, употребляя в речь чуть ли не церковно-славянские анахронизмы, типа «супостат» или «окаянный», которых она, видимо, нахваталась у себя в деревне, или внезапно переключалась на литературный язык, явно применяя лексику профессора философии… «Профессор философии» присутствовал обычно в заключительных пассажах, как бы резюмируя прежде сказанное.
На уютной кухне с дорогой встроенной мебелью и уголком-диваном вкусно пахло жареной картошкой и чем-то мясным. Пестрыми картинками мерцал телевизор, подвешенный на стальных креплениях под потолком. Мягкие лучи подсветки отражались в малиновом кафеле. Как же тут хорошо! Жаль, что нельзя будет остаться здесь навсегда и забыть обо всех тревогах и обидах… Нажав на кнопку «лентяйки», Галька выключила звук у телевизора. Перед Валечкой появилась тарелка с котлетами и гарниром, хрустальный фужер. Галька достала из шкафа бутылку красного вина и, откупоривая ее, спросила Валечку:
– Будешь?
– Пожалуй, нет.
– А я приму. На ночь полезно. Да и вообще, для красных кровяных телец хорошо.
Галька сделала большой глоток, недолго понаблюдала за пришедшей подругой, дав ей возможность рассказать о причине своего прихода. Не дождавшись объяснений, она деловито села на кухонный диван, поставила локти на стол, положила голову на ладони и приготовилась к разговору. Расспрашивать Валечку не стоит – и так все ясно. А вот разъяснить ей кое-какие жизненные истины просто необходимо. И вот Галька закатила глаза и, почти причитая, начала свой, сдобренный провинциальным колоритом, монолог:
– Валечка, душечка, чего ты ждешь от жизни? Что олух твой опомнится или прынц какой на коне белом прискачет? Ну что ж, может и прискачет когда-нибудь прынц. Если ты перестанешь лебезить перед своим придурком, сидеть дома на цепи и займешься, наконец, собой. Только уверенная в себе женщина может вызвать интерес у мужика. Понимаешь? Собой нужно, прежде всего, заниматься и надеяться, прежде всего, на себя. А ты вон еще и в мамки к нему записалась. – Галька щелкнула зажигалкой, затянулась тонкой длинной дамской сигаретой и продолжила: – Вот на кой ты пошла полы мыть, чтоб малохольному твоему, барчуку опальному, обучаловку обеспечить? На кой сама с учебой покончила? Сидишь теперь без образования, без репутации, дура дурой… Запомни раз и навсегда: когда кто-то из партнеров принимает на себя роль родителей, он делает большую ошибку, ибо тем самым рано или поздно обрекает связь на разрыв, потому как дети, окрепнув, покидают родительское гнездо. Да-да, милка моя, чем больше он растет, тем менее интересные роли будут доставаться тебе. И когда-нибудь ты совсем исчезнешь из этой вашей совместной фильмы.
