Чтобы пришло что-то новое, нужно куда-то деть старое, желательно перечеркнуть его раз и навсегда.
Экстрасенсорика. Ответы на вопросы здесь, Нонна Хидирян– Бежим, Митька, бежим!!! Убьют же…
Камень с острыми краями, размером с куриное яйцо, с гулким звуком ударился о спину чуть ниже лопатки. Семен краем глаза увидел, как Митька, вскинув руки, чуть не упал, чертыхнувшись, но удержал равновесие и с обезумевшими от страха глазами ринулся дальше вперед, шваркая разбитыми кроссовками по искореженному асфальту. Его собственные ботинки не по размеру были настолько тяжелы, что стоило огромного напряжения перемещать их в беге, и он опасался, что в итоге совсем потеряет их, но времени на заботу об удобствах сейчас не было: Сеня что есть сил бежал вперед, стараясь увеличить разрыв между собой и преследователями, уже не глядя на приятеля, который заметно отставал, тяжело дыша позади. Вдруг над своей головой он скорее почувствовал, чем услышал резкое движение воздуха и звук, похожий на свист, и еще один камень ударился о землю прямо перед ним, чудом не задев голову.
Семен глядел вперед сквозь патлы, в которые превратились за последнюю неделю его волосы: он знал это место. Еще метров тридцать – и за углом старого кирпичного общежития покажется заброшенная котельная, а недалеко от завалившегося входа есть колодец, и если они успеют добраться до него до того, как настигнут их преследователи, то в нем можно будет схорониться – туда за ними никто не решится спрыгнуть.
Митя пыхтел в двух метрах позади, но не отставал. Они оба уже почти задыхались, когда, наконец, обогнув угол из красного потрескавшегося кирпича, увидели перед собой одноэтажную постройку такого же типа, как и полуживое общежитие, с зияющими проемами вместо окон.
– Сюда, сюда! – крикнул Семен, направляясь к проему, который раньше был дверью.
Митька, ничего не соображающий от боли, страха и усталости, покорно влетел вслед за ним в смердящее помоями и испражнениями место. Семен замер на мгновение, опершись рукой о мелованную стену, переводя дух и озираясь по сторонам. В дальнем углу заваленного мусором помещения на стене виднелась красная стрелка, указывающая вниз, с какими-то буквами, до которых ему не было дела, – он интуитивно ринулся туда, перескакивая через старые коробки и пакеты, наполненные битым стеклом, пустыми консервными банками и еще бог весть чем. В углу, под ворохом тряпья, которое он отпихнул ногой в сторону, его глазам предстал люк.
– Помогай… давай! – крикнул он через плечо, пытаясь сдвинуть тяжелую чугунную крышку с гравировкой «1975».
Митя, сложившись чуть ли не вдвое, добавил своих усилий, и они на одном адреналине спихнули в сторону тяжелый люк, когда услышали у входа матерные выкрики и возбужденные возгласы:
– Вон они, братва! Там, в углу копошатся!
Митька первым проскользнул в черное отверстие, и Семен услышал, как тот с грохотом приземлился на твердый пол. В угол, где он оставался еще на поверхности, с треском канонады посыпались камни и обломки предметов, валявшихся в изобилии на полу.
