Новая эра
Администрация совхоза при лагере делилась на множество ячеек. Во главе его стоял директор совхоза. Далее шел его заместитель, отвечавший за основную работу; начальник охраны проверял охранников, работавших в поле; главный конюх отвечал за быков и лошадей; другой человек следил за своевременным кормлением животных. Во главе лагеря стоял начальник. Агроном специализировался на работе в поле, а также смотрел за посадкой нужных растений. Главный садовник руководил процессом выращивания огурцов в стеклянных теплицах. Это являлось настоящим достижением для такой северной страны.
Среди десяти чиновников, работавших в конторе, был главный бухгалтер, кассир и другие.
Пекарь с двумя своими помощниками выпекал хлеб, который отправлялся на продажу русскому населению, а также выдавался заключенным по предъявлении продуктовых карточек. В бригаде, работавшей на кухне, было пять человек.
В госпитале служили трое. Главный врач, который являлся начальником госпиталя, доктор, занимающийся лечением рабочих, а также санитар в дезинфекционном отделении.
Все было четко распределено. Бригады состояли из четырех человек, и в каждой имелся бригадир. Естественно, над главой каждого подразделения стояло высшее начальство.
Все имеющиеся специалисты работали в своих областях. На лесном складе работали пятнадцать человек. Их бригадир отвечал за подготовку и распределение дров. В подчинение начальника тракторной бригады входили водители грузовиков, механики и техники, работавшие целыми сутками, а также электрики, чей рабочий день продолжался двенадцать часов.
Бригада плотников, состоящая из восьми человек, проводила ремонт лагерных зданий в рабочее время, а зимой, когда с деревом было легче работать, возводила новые бараки. Двое человек по утрам выдавали инструменты со склада, а вечером принимали их, ведя учет. В течение дня они чинили сломанные рабочие инструменты.
В общем, все сферы деятельности имели четко составленные рабочие планы. Начальник сидел на начальнике. Такое количество управляющих было совсем ни к чему. Они почти не работали, но зато получали сравнительно высокую зарплату, тем временем как совхоз весь погряз в долгах. Тогда они нашли выход, заставив нас заплатить за лагерную одежду, выданную полтора года назад, которая за это время почти у всех обносилась и обтрепалась. Такая несправедливость вынудила многих заключенных заняться воровством, обкрадывая своих же товарищей.
Преимущества и недостатки
Период между октябрем и ноябрем 1946 года запомнился мне как относительно благополучное время. Работать приходилось до изнеможения, но зато наш труд высоко оплачивался. Я ездил на телеге, запряженной быками, и развозил воду. Преимущество моей работы состояло в том, что я управлял самым лучшим быком; тем не менее это не значило, что у меня не было проблем. Когда я наполнял бидоны, у меня не получалось не расплескать воды. С тех пор как температура опустилась от пяти до пятнадцати градусов ниже нуля, вода моментально леденела, и я мучился из-за того, что обмораживал пальцы. Последствия тех морозов давали о себе знать еще много лет спустя.
Метели в северной стране были особенно суровыми. Помню, однажды так мело, что я мог видеть перед собой не далее чем на двадцать метров. Мне нужно было ехать сквозь буран, хотел я того или нет, потому что скот требовалось поить. Дорогу занесло, а сугробы становились все выше и выше. Едва ли где-то поблизости имелся объездной путь, а сбиться с дороги было опаснее всего, потому что в этом случае я бы неминуемо завяз в снегу даже с незаполненными бидонами. К тому же быки совершенно не слушались, и их то и дело приходилось вытягивать на дорогу.
Мой ежемесячный доход доходил до трехсот рублей, что составляло около ста пятидесяти долларов, и я считался одним из наиболее высокооплачиваемых рабочих совхоза. В те дни я питался очень хорошо, что позволяло мне даже продавать часть своих продуктовых карточек, тогда как в прежние времена мне приходилось покупать их дополнительно. Моей самой большой мечтой было приобрести пару войлочных ботинок, в которых я сильно нуждался, но не знал, где их достать. Ни у кого из ребят в лагере я не мог их купить, а на черном рынке они стоили чудовищно дорого. Так и не найдя подходящей цены, я купил пару меховых перчаток и шерстяную нижнюю рубашку за пятьдесят рублей.
В скором времени еда сильно подорожала; возможно, это произошло из-за неурожая на Украине. В те зимние месяцы мы впервые обнаружили, что конфеты и шоколад можно использовать вместо сахара.
В магазинах мы частенько чувствовали ненавистные взгляды и отношение русских к себе. Немцы могли часами стоять в очереди, тогда как русские, растолкав толпу, немедленно получали свой товар. Довольно часто случалось, что заключенные теряли терпение, и тогда, как правило, в очереди звучала грубая брань.
