Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 92
Недолго думая он шагнул навстречу Митлзу, тот махнул кулачищем, но ожидавший этого Виктор пригнулся и, подражая Пантелееву, наградил здоровяка смачным ударом в солнечное сплетение. Митлз схватился руками за грудь, открыв рот и выпучив глаза. Его друзья слегка опешили, но по команде Монаха «Бей!» одновременно бросились на оборзевшего незнакомца. Виктор отскочил назад, вниз к самой воде, где был небольшой, сколоченный из досок трамплинчик. Из нападавших он без труда справился бы с мелким Шуриком и щуплым Зольдатом, но вот Монах казался опасней даже выведенного на время из строя Митлза. Да и не для того Виктор оказался здесь и сейчас, чтобы драться.
С невысокого берега на него надвигались трое очень серьезно настроенных парней, а за происходящим, помимо прочих отдыхающих, наблюдали еще и три симпатичные девушки. Было во всем этом что-то такое азартное, будоражащее кровь! Однако выступать одному против троих, даже забыв про Митлза, к тому же в такой невыгодной позиции, не стоило.
Виктор отступил на трамплин и с разворотом прыгнул в воду. Он всегда неплохо нырял и под водой мог оставаться довольно долго. Сейчас, правда, для нормального ныряния не успел подготовиться, да и ушибленная бутылкой рука не способствовала быстрому продвижению, но он все-таки надеялся доплыть под водой до противоположного бере…
* * *
– Витек, ты чего? – Кармазов вздрогнул, услышав голос Антона, и открыл глаза.
Незрячий друг сидел рядом, держа в одной руке ластик, в другой – чистую страничку. В соседней комнате слышался шум праздничного застолья. Виктор вернулся в настоящий мир, в сегодняшний день.
– Антон, через какое время ты рисунок стер? – спросил он, потирая отдающий болью локоть.
– Как ты и просил, – ровно через две минуты. А чего это ты вдруг так вскрикнул, будто молотком себе по пальцу стукнул?
– Да это я локтем – о край стола, – нашелся Виктор. – Знаешь, такое чувство, будто тебя током шибануло.
– Ну да, ну да, – улыбнулся Антон. – А так – все в порядке?
– Да, дружище. Спасибо тебе огромное! Пойдем тяпнем самогоночки за твое здоровье!
Отправляясь на электричке из Москвы до платформы Скоротово или обратно, Виктор всегда садился в один и тот же вагон – второй головной. Сегодня, во вторник, он возвращался домой в то же самое время и в том же самом вагоне, что и ровно неделю тому назад, после поездки к Никите. Тогда друзья неплохо половили на пруду карасиков, попили водки, и тогда же Виктор нарисовал на чудесной странице строящиеся на его любимой просеке дома, а над ними – грозовые тучи, готовые разразиться молниями…
Как и в прошлый вторник, Виктор хоть и выспался, но голова побаливала: шутка ли – день рождения друга до часу ночи отмечали! И даже не в выпитом спиртном было дело, и голова у него не столько болела, сколько шла кругом от навалившихся ощущений после, если так можно сказать, «перенесения» самого себя в роман, написанный Александром Ивановичем.
Виктор не просто перенесся в Истру на несколько лет назад и стал каким-то сторонним, ни для кого не заметным наблюдателем, а воплотился там живым человеком, вмешался в развитие событий, кого-то разозлил, кого-то заинтересовал, заработал очередной ушиб, что, впрочем, стало уже привычным при использовании чудесной странички.
Интересно, чем бы продолжилось дело, если бы Антон вовремя не стер рисунок? Даже если Виктор убежал от Монаха и его друзей, что бы стал делать дальше? Заявился бы в одних плавках на дачу к родной бабушке и встретился с самим собой – семнадцатилетним? Интересная получилась бы ситуевина. Или получилось бы так, что он теперешний как бы воссоединился с собой семнадцатилетним? Ох, как бы это было здорово – вернуться в то время, но только с опытом уже прожитых лет!
Размышляя об этом, Виктор сидел с закрытыми глазами у окна в полупустом вагоне электрички, когда вдруг его похлопали по коленке. Похлопал не кто-нибудь, а Лиля.
– Вы мне снились, – сообщила она встрепенувшемуся Виктору. – Но сейчас – не сон.
– Лилечка?
Она была во все том же цветастом платьице, в очках и с двумя топорщившимися косичками. Они уставились друг на друга, словно изучая. Лиля не выдержала молчания первой и потребовала:
– Молодой человек, покажите мне свою спину!
– Покажу. Но сначала ты покажешь мне свою грудь.
– Свихнулся?! – Она вскочила и замахнулась на Виктора довольно объемистой книгой.
– Диккенс. – Виктор поднял руки, словно сдавался в плен врагу. – «Барнеби Радж», второй том. Ворон по кличке Грип орет на весь дом: «Полли, подай чайник! Мы все будем пить чай!»
Лиля плюхнулась обратно на сиденье и сняла очки, словно без них могла разглядеть его гораздо лучше.
– Хотела видеть – полюбуйся! – Виктор повернулся к ней спиной и на секундочку, чтобы малочисленные пассажиры не успели заострить внимание, задрал до плеч футболку. – Догадываешься, чьи когтищи меня так разукрасили?
Лиля медленно водрузила очки себе на нос. Открыла рот, чтобы что-то сказать, но так и осталась сидеть с открытым ртом, глядя на поправляющего футболку Виктора.
– А теперь давай-ка ты оголи свою левую грудь, – убедительно попросил он. – Прямо над сосочком должна быть очень симпатичная родинка.
Словно завороженная, Лиля расстегнула три верхние пуговицы своего цветастого платья и так же медленно приспустила чашечку бюстгальтера, предоставив на обозрение Виктору симпатичную родинку и розовый сосок, набухший от возбуждения.
Он тут же впился в него жадными губами и… получил книгой по голове. Правда, не сразу, прежде прошло несколько сладострастных мгновений, ему даже послышалось, что в эти мгновения Лиля издала томный стон. Тем не менее за первым ударом по голове последовал второй, более ощутимый, от которого у него искры посыпались из глаз. А когда искры перестали сыпаться, Виктор увидел перед собой пустое сиденье. Девушка убежала. И хотя до платформы Одинцово, где она должна была выходить, оставалось еще несколько остановок, искать ее по вагонам он не стал…
С не прекращающей болеть головой он вышел на вечерний маршрут – сборщиком. Старшим был Михалыч, водителем – Володя по прозвищу Хохлик. Почему-то Виктор никак не мог запомнить его фамилию – какая-то типично украинская, а вот какая именно – не помнил.
Этот Хохлик был тоже в своем роде уникален, впрочем, как и большинство водителей инкассаторских маршрутов, про каждого из которых можно было много чего порассказать. Однако про Хохлика, не обижавшегося на прозвище, хотя тот и был в возрасте, можно было книги писать. Водителем он считался классным, в аварии не попадал ни разу в жизни, на работу не опаздывал, все маршруты знал наизусть… Одна беда – любил выпить, бывало и за рулем, правда, за рулем не государственного автомобиля, а личного.
Ходили легенды, как однажды Хохлик занимался извозом на своем «москвиче» и его тормознули гаишники на краю какого-то поля. Он как раз возвращался домой, но прежде, чтобы не пить на глазах у жены, махнул стакан водки и бутылкой пива запил. Вступать в конфликт с гаишниками не было смысла, поэтому Хохлик послушно остановил машину, но как ошпаренный из нее выскочил и, хлопнув дверью, умчался через вспаханное поле в близлежащий лесок – только его и видели. Растерявшиеся гаишники номер машины записали, куда надо доложили. Хохлик же на следующее утро как ни в чем не бывало вернулся к месту своего бегства, сел за руль «москвича» и уехал домой. А когда его вызвали куда надо, пришел и с невинным видом объяснил, что испугался «оборотней в погонах», при этом, конечно же, был ни в одном глазу.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 92
