Junk Food, «мусорная еда» — термин, обозначающий калорийную, но малополезную для здоровья пищу.
Пуэрто-Рико — островное государство в Карибском море, находящееся под управлением США.
Вскоре появился офицер. Допрос велся в форме беседы, ненавязчиво и с улыбками, но взгляд собеседника оставался внимательным и цепким. Потом офицер ушел, а я остался наедине с охранником. Маясь от безделья, последний щелкал затвором и прицеливался из винтовки в разные стороны, периодически в мою. Пуэрториканец сообщил, что любит стрелять, потому и пошел в армию. Я спросил: «Просто стрелять или стрелять по человеку»? Часовой немного задумался и ответил, что когда необходимо, он с большим удовольствием стреляет по людям.
Потом меня допрашивали еще раз, фотографировали, снимали отпечатки пальцев. Принесли складную койку, армейский сухой паек и несколько журналов «Таймс». Один раз выводили в туалет. Вот где проявил себя гений американской армейской мысли! Туалет располагался на улице и представлял собой лес пластиковых гофрированных труб, под наклоном вкопанных в землю. Хоть пристраивайся к трубе передом, хоть задом — неудобно в любом случае.
Наши рюкзаки в выпотрошенном состоянии валялись в коридоре, вещи были измазаны в пыли и грязи во время обыска и валялись рядом. Военные раскрутили и развинтили все, что было можно. Даже вынули батарейку из часов и зачем-то ее забрали.
Ночью свет снова включался и отключался, и часовой светил фонарем мне в лицо, чтобы я не сбежал в темноте. Мысль о побеге была абсурдна, но тыканье фонарем в лицо очень раздражало. В половине пятого нас с Юрой разбудили, отдали вещи и сообщили, что сейчас нам предстоит «полетать». Начитавшись «Таймс», я предположил, что мы полетим на базу Гуантанамо с мешками на головах, но солдаты лишь усмехнулись на такое предположение и ничего не разъяснили. Хотя один офицер прицепился: «Откуда ты знаешь про Гуантанамо?!»
Гуантанамо — американская военная база на Кубе с тюрьмой, портом, «макдональдсом», пляжами, увеселительными клубами и ипподромом.
Нас вновь посадили на «хамви» и куда-то повезли. Стало светать, когда мы въехали на очередную базу. Эти места мы узнали: Вавилон, тот самый, куда нас не пустили днем раньше. Мы проехали мимо дворца и исторических развалин и остановились на аэродроме. Там стояли вертолеты морской авиации, такие как в военной хронике времен Вьетнама или «Бури в пустыне». Два десантных вертолета с надписями «US Marines CH46» начали с шумом раскручивать винты. Воздух загудел и задрожал. Солдаты предложили мне пройти в один вертолет, а Юре в другой. Мы удивились: «Два вертолета полетят куда-то только ради нас?» Ответ утвердительный. Если бы стоимость полета выдали нам деньгами, мы бы согласились и пешком дойти, куда скажут… Впрочем, мало кто из наших знакомых мог похвастаться, что летал на американском военном вертолете. Что ж, летим!
Мне вручили звукоизолирующий шлем с очками. Вместе с охранником я поднялся в металлическое нутро вертолета. Машина ревела и отчаянно тряслась. С обоих бортов устроились пулеметчики, готовые щедро поливать пулями пятидесятого калибра все, что может представлять угрозу полету. Вертолет вздрогнул и оторвался от земли. «Ты хотел Вавилон? Ну, смотри!» — сказал американец. Мы сделали круг над древними руинами и полетели на север. В Багдад.
