Книга Кромешная ночь - Джим Томпсон

Следующим утром я рано встал, оделся, но сразу спускаться не стал. Вернее, пошел уже, но вдруг вспомнил про Руфь, что не надо бы нам встречаться наедине, а спустись я сейчас, мы как раз вдвоем и окажемся. Поэтому я сел на край кровати и стал ждать. При этом курил и неспокойно ерзал. Опять в школу — какая гадость, думать тошно; ведь это же представить только: я — за партой! Бог ты мой! Но это настроение я хотел скорей преодолеть.

Подождал, когда откроется дверь комнаты Кендала. Дождавшись, пошел к двери (помедлив, правда, еще пару секунд, чтобы не получилось так, будто я специально его караулил).

Едва взялся за дверную ручку, он постучал.

— Доброе утречко, мистер Бигелоу, — сказал он. — Ну как? Готовы начать академическую карьеру?

— Да, сэр, наверное, — ответил я.

— Полны энтузиазма? — сочувственно усмехнулся он. — Или не совсем? С утра на нервах? Ощущаете дикую нереальность происходящего? Ничего, это естественно. Вы знаете, я склоняюсь к тому, чтобы — как бы это сказать…

— Да, сэр?

— Вы не сочтете бесцеремонностью, если я сопровожу вас? Там ведь все преподаватели мои знакомые, так что, возможно, в качестве моего протеже вы могли бы…

— Я был бы вам весьма обязан, — сказал я. — Ничего лучшего для себя я и представить не могу.

— Правда? — (Смотрю, доволен, как сто енотов.) — Я… Мне это очень льстит, мистер Бигелоу. Еще вчера хотел вам предложить, но побоялся — вдруг покажусь навязчивым.

— А я уже хотел просить вас об этом, — сказал я, — но как-то так… не осмелился.

— Ц-ц-ц. — Он аж расплылся. — Похоже, отныне нам надо меньше церемониться друг с другом. Ну что, пошли на завтрак? Что-то сегодня необычайный аппетит у меня разыгрался.

И вот опять я ничего не понимаю. Вчера ведь был практически уверен, а сегодня вновь весь в сомнениях.

Он может быть и тем и другим одновременно. Чинный, законопослушный и вполне симпатичный старикашка, и при этом кто-то еще. Так разделить себя на две части вполне реально. Даже легко, легче, чем можно подумать. Сложности начинаются, когда пытаешься собрать половинки снова вместе, но… А тут даже и притворяться не обязательно. По большей части я ведь тоже не притворяюсь, будто я к своему клиенту расположен, хочу ему помочь и тому подобное, но при этом неуклонно продвигаюсь к цели и в конце концов… В общем, делаю то, что должен.

Короче, я был чертовски рад, что в колледж мы пойдем вместе. Казалось бы, странно и смешно, что при всех прочих заботах и тревогах меня так смущало то, как я освоюсь в каком-то там деревенском колледже. Но тут уж ничего не поделаешь. Возможно, корни этой проблемы в тех временах, когда и я, и Люк были бродячими батраками, учились то в одной школе два дня в неделю, то в другой три в месяц. Представьте: уроков не учишь, ни шиша не знаешь, странновато пахнешь, голова подчас полна вшей и снова надо где-то на ночлег устраиваться, причем без всякой посторонней помощи. Написанного на доске ни черта толком не разобрать, зубы болят так, что слушать ничего не способен, и что бы ты ни сделал, либо над тобой хохочут, либо сразу бьют. И в результате ты…

Все. Хватит. Забыли. Я просто попытался объяснить, почему я не очень стремился в колледж.

Руфь накормила нас завтраком, и оттого, как она все время старалась топтаться у меня на глазах, мне хотелось вынуть их и бросить ей под ноги.

Не трепещи она так перед Кендалом, думаю, наверняка предложила бы идти в колледж вместе — при всей своей стыдливости и нежелании светиться на публике с костылем.

Похоже, здорово ее зацепило.

Подумалось: нельзя ли как-нибудь невзначай подвести Фэй к тому, чтобы от нее отделаться. И сразу же в голове возник ответ: наверное, можно, но я так поступать не стану. Просто как-нибудь объясню при случае, что не надо уж так-то из кожи вон лезть. Да и то, если буду вынужден.

Но стать причиной ее увольнения — нет, это не по мне.

Кендал покончил наконец с завтраком (а то я уже начал специально тянуть резину, чтобы не пришлось потом ждать его), и мы пошли. Насчет того, какие изучать дисциплины, заранее я толком не подумал. Что там у них на сколько баллов тянет, естественно, понятия не имел и даже не подозревал, что мой голос в этом деле что-то значит.

Но Кендал сказал, что так дело не пойдет.

— Это было бы в какой-то степени нормально, если бы вы были обычным студентом-первокурсником либо у вас была четкая специализация. Однако, поскольку у вас особый статус, то есть вы поставили целью самообразование и занимаетесь, как я понимаю, во многом ради престижа, который дает диплом, вы наделены гораздо большей свободой в выборе предметов для изучения. Так что, если вы не против… чтобы я опять лез с советами…

— Да, конечно-конечно, — сказал я.

— Вам надо что-то такое, что не напоминало бы ежеминутно об изъянах базовой подготовки. Что не основывалось бы на ранее полученных знаниях в той же сфере. Вот, скажем, литература. Ведь за милую душу можно читать Поупа, не прочитав перед тем ни строчки Драйдена. Или, например, обществоведение — здравого смысла в нем больше, чем схоластики. Или история — просто одна из тематических ветвей литературы. Как вы считаете, а, мистер Бигелоу?