Я, Матерь Божия, ныне с молитвоюПред твоим образом, ярким сиянием,Не о спасении, не перед битвою,Не с благодарностью иль покаянием…
Так вот Олег Гусев пишет:
«ЕР-Понятие – это лингвистическое средство присвоения человеку, хорошо овладевшему специальностью, “знака качества”, т. е. он становится как бы помечен Р-Энергией Вибрации Небесного Блаженства, которая ЕР: Есть Рекуче. Ъ-Еръ – “…это Символ Космической Защиты от ошибок и оплошностей Прошлого. В ней – далее автор ссылается на работы Анания Фёдоровича Шубина-Абрамова – “…обобщено и сосредоточено то, что достигнуто в предыдущем развитии и необходимо для дальнейших Свершений Жизни”.
До 1917 г. “Ъ” ставился в конце слова после согласных…
Женщина, родившая ребёнка, становится матЕРью, т. е. тоже лингвистически “помечается” Р-Энергией-Вибраций Космоса, переходя на более значимую в социуме ступеньку».
Почему-то стёрлись в сознании некоторых похотливцев от «документалистики» эти понятия, и вот начинают скабрезно выписывать, от кого, мол, ребёнок, да и чей он, ребёнок? Ах, такая-сякая Кшесинская – родила!!! Как посмела! От всех царей сразу!!!
Может быть, конечно, женщины сами отчасти виноваты в том, что упала планка в их оценке. Но упала она и падает далеко не из-за всех, а из-за отбросов общества, из-за тех, которые позорят имя женщины, убивая детей во чреве или бросая их на произвол судьбы в младенческие и детские годы. Сколько подобной информации в новостях! Ужас! Так вот похотливцев вовсе не занимают такие факты и такие отбросы общества, потому что на них имени, пусть и дурного, но имени литературного, не заработаешь. А вот прилепиться к имени великой балерины, славы русского балета – это дело другое, это то, что таковым особям, ошибочно именуемым мужчинами, и надо.
Кому и какое дело, с чьей помощью создала Женщина новую жизнь?! Главное, что эта жизнь создана, что новый человек начал своё нелёгкое шествие по свету, ведь путь каждого человека – это чреда испытаний…
Современник Кшесинской, религиозный писатель и общественный деятель Сергей Александрович Нилус (1862–1929) в одном из своих трудов отмечал:
«…Задумывался ли ты когда-нибудь, дорогой читатель, о конечной и для всех живущих на земле единственно общей цели всех земных трудов и усилий, всех горестей и радостей, разочарований и надежд, любви и ненависти, добра и зла всего, словом, того, из чего сплетается терновый венец твоей жизни?»
Кшесинская не только не собиралась бросать ребёнка. Она с самого начала стала примерной матЕРью и таковой осталась на всю жизнь, в чём мы убедимся в последующих главах. Ну а сына Владимира, которого на протяжении всей жизни звала просто Вовой, она воспитала достойным патриотом России. Его не согнули даже испытания 2-й мировой войны, которую он вместе с родителями пережил во Франции, с думами о России, и, выдержав даже гитлеровские застенки, пусть и не такие жестокие, каковыми они были в России, но не менее опасные. Жизнь человека для фашистов нигде не имела никакой ценности.
Кшесинская вспоминала:
«Когда я несколько окрепла после родов и силы мои немного восстановились, у меня был тяжёлый разговор с Великим Князем Сергеем Михайловичем. Он отлично знал, что не он отец моего ребёнка, но он настолько меня любил и так был привязан ко мне, что простил меня и решился, несмотря на всё, остаться при мне и ограждать меня как добрый друг. Он боялся за моё будущее, за то, что может меня ожидать. Я чувствовала себя виноватой перед ним, так как предыдущей зимой, когда он ухаживал за одной молоденькой и красивой Великой Княжной и пошли слухи о возможной свадьбе, я, узнав об этом, просила его прекратить ухаживание и тем положить конец неприятным для меня разговорам. Я так обожала Андрея, что не отдавала себе отчёта, как я виновата была перед Великим Князем Сергеем Михайловичем».
