Очевидно, войско Алаг-ноёна к весне 1220 года окружило город Ходженд. Отнюдь не случайно, что основные силы войска хорезмшаха, на которые он возлагал главную надежду, были сосредоточены именно здесь, в Ходженде и, главное, в Самарканде. Начиная с весны 1219 года, когда войско Зэва внезапно появилось в этом районе, хорезмшаху не давала покоя мысль о том, что решающее сражение с монголами должно произойти в Ферганской долине, в верховье Сырдарьи. Это и побудило его собрать свои главные силы в Ходженде и Самарканде. Приковав своими действиями внимание хорезмшаха к Ферганской долине, войско Зэва позволило основным силам во главе с Чингисханом беспрепятственно форсировать Сырдарью и продолжить наступление на Бухару. К тому времени вся территория вдоль реки Сырдарья от ее истока до устья контролировалась монгольскими войсками.
Находившийся до этого «в тени», Чингисхан во главе своего войска в январе 1220 года неожиданно появился у города Зарнук…
Х. Шагдар[56]
Младший сын (его) Тулуй, прозвание которого было Еке-ноён, соизволил двинуться при нем (Чингисхане. – А.М.), по дороге на Зарнук, с многочисленным войском. На рассвете они неожиданно достигли этого города. Жители тех окрестностей в страхе перед этим великим войском укрылись в крепости. Чингисхан послал к ним в качестве посла Данишменд-хаджиба с объявлением о прибытии (монгольского) войска и с предложением советов (о сдаче города). Группа подстрекателей (к сопротивлению) хотела ему (в этом) помешать. Он возвысил голос (и сказал): «Я, Данишменд-хаджиб, – мусульманин и рожден от мусульман, пришел послом по приказу Чингисхана, чтобы вас спасти от пучины гибели. Чингисхан сюда прибыл с многочисленным войском (из) людей боевых. Если вы вздумаете сопротивляться ему, он в один миг превратит (вашу) крепость в пустыню, а степь от крови – в (реку) Джейхун. Если вы послушаетесь моего совета и станете послушны и покорны ему, то ваши души и имущество останутся невредимыми!»
Когда они услышали эти благоразумные слова, то увидели свое благо в изъявлении покорности (монголам). Главные лица (города) выступили, выслав вперед группу людей с различного рода яствами.
Когда на стоянку (Чингисхана) дошел об этом доклад, Чингисхан спросил о положении начальствующих лиц Зарнука; соизволив разгневаться на их уклонение, он отправил гонца для их (скорейшего вызова) к себе. Они тотчас поспешили к стопам его величества и, став удостоенными различного рода особых благоволений, получили помилование.
Вышел приказ, чтобы население Зарнука выгнали в степь; молодые люди были назначены в хашар Бухары, а другим было дано разрешение вернуться (в город).
Зарнук Чингисхан наименовал Кутлуг-балыг (Счастливый город). Из числа туркмен той стороны один проводник, имевший о дорогах полную осведомленность, вывел (монгольские) войска на границу Нура по дороге, которая не была большим трактом. С тех пор эту дорогу называют ханской дорогой.
Тайр-бахадур, который находился в передовом отряде, отправил посла с извещением, (полным) обещаний (помилования) и угроз (за сопротивление) о прибытии хана. После обмена послами население Нура через посла отправило к его величеству яства и изъявило покорность.
После благосклонного приема яств вышел приказ: «Субэдай (Субэдэй. – А.М.) прибудет к вам вперед, вы передадите ему город». Когда прибыл Субэдай, они повиновались приказу, а шестьдесят человек отборных мужей в сопровождении сына эмира Нура, по имени Ил-ходжа, послали в Дабус в виде помощи.
Когда Чингисхан прибыл, они устроили ему почетную встречу и поднесли приличествующие обстоятельствам яства и продовольствие. Чингисхан отличил их особым благоволением и спросил: «Как велика установленная султаном подать в Нуре?»
Ему сказали: «Тысяча пятьсот динаров». Он повелел: «Дайте наличными эту сумму, и помимо этого (вам) не причинят ущерба». Они дали просимое и избавились от избиения и грабежа.
Оттуда он направился в Бухару и в первых числах месяца мухаррама 617 г. х. (март – апрель 1220 г. н. э.) расположился лагерем в виду города Бухары, у ворот цитадели. Следом прибывали войска и располагались кругом города.
Войско Бухары состояло из двадцати тысяч человек. Их предводитель Кук-хан и другие эмиры, как Хамид Пур Таянгу, Суюнч-хан и Кушлу-хан, ночной порою со своими людьми уходили из крепости (спасая свою жизнь). Когда они достигли берега Джейхуна, разъезд (вражеского) войска напал на них и пустил по ветру небытия следы их (существования).
