Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 72
Пятнадцать сердец, великолепного алого цвета, лежат на лабораторном столе, когда мы приходим.
На каждую девочку по сердцу. Профессор Уэст, подслеповатый и дряхловатый, велит нам следовать инструкции – она на белой доске, на стене класса.
Ножи готовы.
Мы делаем иссечение, надрез, разрез. Кому-то приходится нелегко, мне проще. Я первая заканчиваю. Смотрю на сердце, теперь тонкими ломтиками разложенное на поддоне. Два окровавленных скальпеля и пара пинцетов во всем виноваты. Прислушиваюсь, о чем говорят рядом. Ужас. Брр. Ненавижу биологию. Жду не дождусь, когда она уже закончится в следующем году. Помогите мне кто-нибудь. Нет уж, не знаю, как сама-то справлюсь. Ой, меня тошнит.
Я поднимаю руку. Проходит минута или две, пока профессор Уэст поворачивает лысую голову, озирая класс.
– Я закончила, сэр.
– Тогда помой руки и запиши свои наблюдения в тетрадь.
Помыв руки, отхожу от раковины, возвращаюсь на свое место, открываю тетрадь на чистой странице и начинаю писать, и тут слышу хихиканье. Это Иззи с Клондин оглядываются на меня через плечо, они сидят впереди. Я поднимаю голову – они отворачиваются. Я продолжаю писать. Потом это происходит.
Сердце плюхается мне в лицо.
Отпрыгивает от моей левой щеки, задерживается на груди, падает на пол. Я уже сняла лабораторный халат. Касаюсь рукой лица. Липкое. Пальцы в крови. Иззи снимает меня на телефон, Клондин на стреме, хотя профессор не представляет опасности. Я отворачиваюсь от них. Блузка испачкана, это кровь свиньи, но могла бы быть и моя.
– Пора мыть руки, – говорит профессор Уэст.
– Я еще не закончила, сэр, – голос с переднего ряда.
– Время не ждет человека, Элси. Надо было работать быстрее.
Я бы вышла, если б могла, но я не чувствую ног. Не. Чувствую. Я всегда буду чужой для них. Я догадываюсь, что профессор приближается, слышу его шаги. Коричневые кожаные броги, он начищает их каждый вечер, держу пари. Он останавливается возле меня.
– Бога ради, дитя мое, что с тобой? Ты сказала, что закончила, а теперь ты в крови с головы до ног. Пойди умойся и, бога ради, подбери сердце с пола.
Раздаются смешки, фырканье, а профессор Уэст продолжает свой обход.
Зои, девочка, которая сидит рядом со мной, все видела. Она ничего не говорит, наклоняется, подбирает куском бумажного полотенца сердце с пола, потом протягивает мне другой кусок, чтобы я вытерла лицо. Смачивает еще один кусок водой. Показывает, где нужно вытирать.
Я киваю, благодарю ее, мне жаль, что, когда я была маленькой, не нашлось никого, кто бы так обошелся со мной. Иззи с Клондин саркастически ухмыляются, когда мы выходим из лаборатории. В коридорах людно, но все расступаются при моем приближении. Это что, кровь у нее на блузке? Похоже, фу. В туалете я переодеваюсь в джинсы и фуфайку, которые спрятала в сумку утром. В спальном квартале нельзя появляться в школьной форме, тем более в форме нашей школы. Звонит телефон. Присаживаюсь на корточки, достаю его из рюкзака. Это Морган, уточняет, все ли в силе. На полу соседней кабинки замечаю знакомую косметичку и отвечаю, что буду минут через двадцать. У меня появилось срочное дело.
Когда я поднимаюсь на крышу многоэтажки, она сидит, курит и говорит:
– Смотри, вон там птица. Похоже, крылья у нее в хлам.
– Где?
– Да вон.
Она показывает на вентиляционную решетку.
– Я ее туда посадила. Она тут шарахалась по крыше, совсем меня достала.
Я подхожу, встаю на четвереньки, заглядываю в отверстие пластмассовой решетки. Отверстия в форме сот. Голубь, одно крыло волочится. Подбито. Головка движется быстро-быстро, трясется без передышки. Не знаю почему, но я бью изо всех сил по решетке, он пугается, начинает курлыкать. Подает сигнал опасности своим товарищам. Улетай, Питер, улетай, Павел. Я полетел бы с вами, да не могу, меня поймали. Морган подскакивает ко мне, спрашивает, что на меня накатило. Я приподнимаю решетку с одной стороны, протягиваю руку и хватаю голубя. Кладу его на землю, придерживаю рукой, крошечное сердце пульсирует под моими пальцами. Сломано крыло, сердце цело. Пока. Он снова начинает курлыкать, зовет своих. Глаза-бусинки и кивающие головки притаились по всей крыше, птенцы тоже смотрят.
Я делаю это быстро, такие вещи надо делать быстро.
– Черт, ну вообще. Зачем ты это сделала?
Она отводит взгляд.
– Было бы хуже, если бы я не сделала. Он бы долго мучился.
– Мы могли бы отнести его в ветлечебницу, ну или еще что.
– Он страдал. Теперь он не страдает. Я помогла ему.
– Лучше ты, чем я.
Да.
Я кладу решетку на место, и мы идем обратно к трубе, лежим неподвижно, как статуи, на холодной крыше, небо покачивается от шума самолетов, которые направляются в Хитроу. Унесите меня куда- нибудь, куда угодно. Морган снова закуривает, голубые пальцы дыма закручиваются и прочерчивают воздух над нами. Ведьмино дыхание.
– Чего молчишь, не припасла для меня никаких историй сегодня?
Только одну, но вряд ли ее расскажу.
– Нет, ничего.
– Хорошенькая из тебя компания. Я не могу долго тут торчать, дядька здесь, он зверски строгий.
Еще несколько минут, прошу тебя. Дай мне все сложить в своей голове прежде, чем скажу это вслух. Моя мать – она… Нет. Ты смотришь новости по телику? Про эту женщину. Нет. Блин. Что я делаю? Нельзя никому говорить об этом.
– Чего с тобой сегодня? – спрашивает она.
– Ничего, а что?
– Ты поранила палец до крови. Вон, смотри.
– Надо же, прости.
– Нечего тут прощать. Если охота чего-нибудь сказать, валяй уже.
Это как кататься по замерзшему озеру. Кажется, что не опасно, с виду совсем не опасно, но кто-то должен ступить на лед первым, проверить его на прочность, убедиться, что он выдержит. Смогу ли я?
– Если не хочешь разговаривать, я пошла. Посмотрю лучше телик, чем сидеть тут и молчать.
– Погоди.
– Да блин, что с тобой?
На крыше темнеет, мы с ней вдвоем, только я и она. Больше никого, больше никто не узнает. Она хорошо относится ко мне. Я не такая, как ты. Она поймет. Или нет?
– Если я тебе что-то расскажу, ты захочешь дружить со мной, как прежде?
– Ну да. Я считаю, мы можем все рассказывать друг другу, все, что угодно, разве нет?
Я киваю, это правда, она шлет мне эсэмэски по ночам, спрашивает, достает ли Фиби, говорит не переживать.
– Так чего ты хочешь сказать мне?
– Я не уверена, что можно.
– Так вообще-то не поступают – сама завела разговор и на попятный.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 72
