Все это делается с благими намерениями, но всегда одновременно и зависит от нашего подчинения и укрепляет его.
Как и Джонс, Кантер в своей книге дает много полезных техник, призванных помочь учителям выполнять свою работу. Я не сосредотачиваюсь на них, так как они выходят за рамки обсуждения осознанного неподчинения. Мне важно понять, как обучение 1,5 млн педагогов методикам управления дисциплиной в классе может дать неожиданный метаэффект: общую атмосферу подчинения – плодородную почву для злоупотребления властью.
Обе системы управления классом включают «запасные планы», или, как выражается Кантер, «иерархию дисциплинарных мер». Вот какой план действий он предлагает для учителей средней школы.
Первое нарушение: предупреждение
Второе нарушение: оставить на одну минуту после урока
Третье нарушение: оставить на две минуты после урока
Четвертое нарушение: вызвать родителей
Пятое нарушение: отправить в кабинет завуча
Опять-таки, по сути в этой системе нет ничего плохого, но она укрепляет понимание и/или боязнь все более серьезных последствий нарушения дисциплины. Луиз Огборн «знала», что, если не послушается, будет еще хуже: ее точно арестуют и посадят в тюрьму.
Кантер точно указывает, какого поведения следует требовать от учеников в каждом аспекте школьной жизни – с начального образования и дальше. Джонс тоже признает необходимость полностью контролировать обыденную классную деятельность, хотя и дает более общие указания. Вот темы, которые он освещает.
■ Начало дня
■ Конец дня
■ Перемена или перерыв, во время которого все остаются на местах
■ Перемена или перерыв на легкую разминку
■ Организованный выход из класса
■ Хождение строем
■ Вход в класс после перемены или обеда
■ Выдача и сбор материалов и тетрадей
■ Затачивание карандашей
■ Использование материалов, хранящихся на полках или в шкафах
■ Выход из класса в туалет
■ Забота о партах, столе, стульях
■ Пользование питьевым фонтанчиком[21]
Конечно, этот список дополняется по мере того, как ученики получают все больше доступа к электронным технологиям. Каждый из пунктов сам по себе имеет смысл. Но в совокупности они, весьма вероятно, производят упомянутый метаэффект. По правде говоря, обе описанные системы управления классом рассчитаны именно на это. Если регулировать поведение достаточно планомерно, постепенно возникают внутренние механизмы самоконтроля. Правила уходят на бессознательный уровень и становятся поведением по умолчанию. Если цель – добиться дисциплины в школах, это желательный результат. Но плохо, если в перспективе эти дисциплинированные дети становятся медсестрами, вторыми пилотами, охранниками или работниками McDonald’s с почасовой оплатой, послушными до несообразности.
Если в году 180 учебных дней и ученики посещают школу в общей сложности на протяжении 13 лет, даже за вычетом нескольких пропущенных дней каждый год дети проводят в школе примерно 2300 дней. Если считать по 6,5 часа в день, каждый ребенок проводит около 15 000 часов в рамках некой системы организации учебной деятельности. Как утверждает Малкольм Гладуэлл в бестселлере «Гении и аутсайдеры: Почему одним все, а другим ничего?» (Outliers: The Story of Success)[22], чтобы мастерски овладеть каким бы то ни было видом деятельности, нужно около 10 000 часов практики. Не создали ли мы систему, которая делает слишком многих наших граждан к моменту окончания средней школы мастерами послушания? Или мастерами неподчинения (но не осознанного) – если они научились восставать против этой системы?
