Стальные ВолкиФинн и Кейро смотрели друг на друга.
За годы знакомства Финн научился угадывать настроение побратима и сейчас чувствовал: Кейро бесится. На глазах у Джареда и Аттии Финн тер покрасневшие щеки.
– Ты как, ничего?
– Ну, у меня все по-прежнему. Побратим мой сбежал на Свободу. А я остался без банды, без дома, без еды, без товарищей. Я чужой в любом Крыле. Вор, крадущий у воров. Я отребье среди местного отребья. Хотя чего еще ждать от получеловека?
Финн закрыл глаза. Кинжал Стальных Волков висел на поясе, Финн ребрами чувствовал его острие.
– Здесь рай тот еще.
– Да ну! – Кейро разглядывал его, сложив руки на груди. – Выглядишь клево, братишка. Жрать небось не хочешь?
– Не, только…
– Болячки мучают? Смертельная усталость? Урод-Оцепень истерзал?
– Нет.
– А меня – да, принц Финн! – взорвался Кейро. – Живешь в золотом дворце и на жалость давишь! Ты же порывался нас отсюда вытащить. Что стало с грандиозными планами?!
У Финна бешено стучало сердце, кожу кололо. Клодия встала у него за спиной и, словно понимая, что он не может ответить, твердо проговорила:
– Джаред делает все, что в его силах. Задача непростая, Кейро. Мой отец об этом позаботился. Вам придется запастись терпением.
С экрана презрительно фыркнули.
Финн сел в металлическое кресло и, прижав ладони к столу, подался вперед:
– Я вас не забыл. Я вас не бросил. Я постоянно о вас думаю. Вы должны мне верить.
Вместо Кейро ответила Аттия:
– Мы верим, Финн. У нас все хорошо, пожалуйста, не беспокойся! У тебя видения бывают?
В глазах у Аттии было столько тревоги, что на душе у Финна стало легче.
– Иногда. Меня от них лечат снадобьями, но ничего не помогает…
– Аттия, – вмешался Джаред, в голосе которого звучал живейший интерес, – вы сейчас возле какого-то источника энергии? Возле чего-то, входящего в систему Инкарцерона?
– Не знаю. Мы… Мы в детской.
– Она сказала «в детской»? – шепотом переспросила Клодия.
Финн пожал плечами. Его интересовал лишь молчащий Кейро.
– Просто… поступают характерные данные. – Изумленный Джаред гнул свое. – Будто рядом с вами источник огромной энергии.
– Это наверняка Перчатка, – ответила Аттия. – Тюрьма хочет… – Девушка осеклась. Раздались приглушенные голоса и шум потасовки. Картинка на экране наклонилась, замерцала, потом исчезла вовсе.
– Аттия, что случилось? – спросил Джаред.
В ответ донесся сдавленный, злой шепот Кейро:
– Заткнись! – Потом, уже громче, он добавил: – Тюрьма волнуется. Мы сваливаем отсюда.
Приглушенный вопль. Свист рассекающей воздух стали.
– Кейро! – Финн вскочил на ноги. – Он меч вытащил… Кейро, что там творится?
В ответ послышался грохот, потом, вполне отчетливо, – испуганный шепот Аттии:
– Марионетки!
Потом затрещали помехи.
Аттия укусила Кейро за руку и, едва он отдернул ладонь, выпалила:
– Смотри! Смотри!
Тот обернулся и увидел ожившую марионетку. Казалось, нити последней куклы в ряду дергают с темной крыши. Марионетка подняла голову и плавно повернула ее к Кейро и Аттии.
Тряпичная рука показала на путников, неживой рот зашамкал:
