Наконец, рассудок или разум есть сущность необходимая. Разум существует только потому, что его существование разумно: если бы не было разума, то не было бы и сознания, все было бы ничем, бытие уподоблялось бы небытию. Различие между бытием и небытием основывается только на сознании. Впервые в сознании открывается ценность бытия, ценность природы.
Различие между бытием и небытием было введено в античности Парменидом Элейским, доказавшим, что этим субстантивам (подлежащим) соответствуют различные предикаты (сказуемые): бытие «есть», а небытие «не есть». Поэтому познавать субъект мы можем только с учетом предиката. Этот тезис Парменида оспаривали софисты, свободные интеллектуалы, считавшие, что многие предикаты в нашей речи условны, например, можно сказать «нет» в значении «не существует», «не существует сейчас» или «не существует в том смысле, в каком мы ожидаем». Следовательно, говорили софисты, на основании предикатов мы не можем утверждать жесткого противопоставления бытия и небытия. Далее метафизика, исходя из анализа границ предикации, введя категории («разряды» – одно из главных понятий «Метафизики» Аристотеля), справилась с софистикой. По сути, Фейербах называет здесь сознанием категориальное мышление, и поэтому сразу переходит к разговору о ценности. Ведь ценность – одна из главных категорий опыта в новоевропейской (но не античной) философии.
Почему существует вообще нечто, почему существует мир? Только потому, что если бы не существовало этого «нечто», то существовало бы «ничто», если бы не было разума, то было бы неразумие. Следовательно, мир существует потому, что было бы бессмыслицей, если б он не существовал. В бессмысленности его небытия заключается истинный смысл его бытия, в неосновательности предположения, будто он мог бы не существовать, основа его существования. Ничто, небытие бесцельно, бессмысленно, непонятно. Только бытие имеет цель, основание и смысл. Бытие существует, потому что только бытие разумно и истинно. Бытие есть абсолютная потребность, абсолютная необходимость.
В этом рассуждении Фейербах рассматривает так называемый основной метафизический вопрос: почему нечто вообще существует, хотя могло бы не существовать? Почему так получилось, что вообще есть бытие, что вообще что-то есть?
В чем заключается основание чувствующего себя бытия, жизни? В необходимости жизни. Кому она необходима? Тому, что не живет. Глаза созданы незрячим существом; если оно уже видит, зачем ему глаза? Глаза нужны только тому, кто не видит. Все мы родились на свет помимо нашей воли и сознания, но именно затем, чтобы существовали воля и сознание. Из чего, следовательно, вытекает существование мира? Из нужды, потребности, необходимости, но не из той необходимости, которая заключается в другой, отличной от мира сущности – это было бы чистым противоречием, а из собственной внутренней необходимости, из необходимости необходимости, потому что без мира не может быть необходимости, а без необходимости не может быть разума. Ничто, из которого произошел мир, есть ничто без мира. По выражению умозрительных философов, причиной мира является ничто, но ничто, упраздняющее самого себя, ничто, которое per impossibile существовало бы, если бы не было мира. И мир вытекает из недостатка, penia, но этот недостаток нельзя рассматривать как онтологическую сущность; этот недостаток заключается в предполагаемом небытии мира. Следовательно, необходимость мира вытекает из самого мира. Но необходимость мира есть в то же время необходимость разума. Понятие разума включает в себе все существующее, потому что все достоинства мира ничто без света, а внешний свет ничто без внутреннего? – Разум есть самая необходимая сущность, глубочайшая и самая существенная потребность. Только разум является самосознанием бытия, сознательным бытием; только в разуме открываются цель и смысл бытия. Разум есть бытие, объектом которого служит его собственная цель, – конечная цель вещей. Все, что служит объектом самого себя, есть высшая, последняя сущность; все, что владеет собой, всесильно.
Per impossibile (лат.) – через невозможность, «если б да кабы».
