Глава 1
Очнулся я резко. Разом. И первое, что увидел — горящие зеленые глаза склонившегося надо мной монстра. У людей не бывает вертикальных зрачков, да и клыки в открытой пасти были отнюдь не человеческие. Разум еще даже не успел испугаться, а правый кулак уже впечатался в голову демона. Резко откатившись в сторону, падаю на пол, больно ударившись плечом. Оказывается, я лежал на какой-то каменной тумбе вроде алтаря. Пытаюсь подняться, но организм решает, что с него сегодня хватит и последнее, что я успеваю заметить — охваченная пламенем фигура в противоположном углу.
В следующий раз прихожу в сознание все там же на полу, причем в довольно неудобной позе. Похоже, я как упал, так меня никто и не трогал. Это странно. Открывать глаза не спешу — еще не понятно, куда я попал. Доски пола теплые и шершавые, левое плечо холодит какая-то более грубая поверхность. Каменная тумба? Похоже. Я обнажен по пояс и, кажется, перевязан. Звуки. Ничего особенного. Жужжание какого-то насекомого, приглушенный голос где-то вдалеке (за стенами дома?), слов не разобрать. Рядом кто-то стоит. Чуть слышное дыхание с легкой хрипотцой, поскрипывание досок, когда он переступает с ноги на ногу. Стоит уже, похоже, давно, но не подходит. Сквозь запах трав и еще чего-то незнакомого пробивается знакомый аромат. Такими притираниями пользуется… Открываю глаза.
— О, действительно очнулся! — Элеандор стоит у входа, прислонившись спиной к косяку, и улыбается.
Жив и, кажется, даже здоров.
— Ты как, уже в состоянии соображать? На людей бросаться не будешь?
— С чего бы? — буркаю я, поднимаясь.
— Да кто тебя знает.
Некоторое время лучник внимательно меня изучает, а затем выносит вердикт:
— Паршиво выглядишь.
— Неудивительно. Странно, что я вообще жив, — присаживаюсь на каменную тумбу, что служила мне кроватью. Выкрошившаяся под форму человеческого тела поверхность наводит на размышления. Теперь я понимаю, почему Эл не решался приблизиться, — что, все очень плохо?
— Не то, чтобы совсем. Красавцем ты никогда не был, — ухмыляется Элли, — но если сравнивать с тем парнем, что выезжал со мной из замка, то сейчас ты больше похож на собственного отца. Или деда.
— Зеркало дай.
— Какое зеркало? Откуда? Вон ведро с водой — смотрись.
— Эл, не пудри мне мозг. Чтобы у тебя не оказалось зеркальца и кучи всяких румян, помад и прочей хрени? Да мне проще тебя без лука представить.
— Лука у меня теперь тоже нет, — мой друг мрачнеет.
Иду к ведру с водой. Помещение, в котором я нахожусь — что-то вроде сарая переделанного в лабораторию. Грубое деревянное строение, несколько полок с какими-то горшочками. Открытый очаг, каменная тумба в центре. Света, проникающего в три широких окна вполне достаточно, чтобы разглядеть свою физиономию на водной глади.
Мда, Эл прав. Исхудавшее лицо пробороздили морщины, складки у рта стали резче. Аккуратную эспаньолку заменила щетина как минимум недельной давности. Грязные седые волосы у правого виска выстрижены. Пальцы нащупывают рубец шрама. Да уж, отражению в воде лет сорок-пятьдесят. Причем очень непростой жизни. Это точно я? И в каких же холмах я спал все это время?
— Где мы? И что произошло? — поднимаю я взгляд на Эла.
Тот отвлекается от разглядывания чего-то интересного за дверью и делает торжественное лицо.
— Даркин, позволь представить тебе нашу спасительницу и гостеприимную хозяйку, метрессу Софию!
Прах и пепел! Так не бывает! Видимо, последняя мысль достаточно явно отразилась на моем лице.
— А представьте, как я удивилась, когда это черное чудовище скинуло мне под ноги утыканное стрелами тело моего благодетеля! — улыбнулась вошедшая девушка.
— Это не чудовище, это дайхор! — из-за спины Софии появилась невысокая девушка на вид лет шестнадцати-восемнадцати в как-то криво сидящем на ней зеленом платье, — и мэтр отдаст его мне!
