Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 83
Оно и понятно: продуцирование каких-то новых решений и идей, двигающих прогресс, — это удел людей более умных, нежели средняя масса. И у средней массы творец всегда вызывает опасение, потому что основной видовой массив состоит из особей консервативных и косных. Эта косность — социальное проявление общефизического закона сохранения.
Косные сохраняют, возмутители порядка двигают вперед. Нельзя двинуться вперед, не взломав льды старого порядка. Новое есть диалектическое отрицание старого.
Атеизм и либерализм взламывают устаревшие догматы старого общества. Потому и вызывают столько неприязни в среде узколобых, которые видят в новых идеях угрозу их «доброму старому миру».
Так что вопрос о том, станет ли человечество более религиозным или менее религиозным, это на самом деле вопрос о том, что нас ждет — развитие или деградация, нищета или достаток, рост совокупного интеллекта или отупление. Жизнь или смерть цивилизации.
И еще один вывод из всего изложенного: бог в современном мире, к сожалению, — социологическая реальность. И это печально, ибо если бог как иллюзия представляет собой вселенское добро и любовь, то в реальном мире — это оружие, боль, смерть и сплошные жертвы во имя него.
Часть III. На переломе
Сейчас встает вопрос очень деликатный. Вопрос качества населения.
Сергей Капица.
Друзья мои! А я ведь не против боговеров и религий!
То есть я не против религиозности индивидуальной, но сильно против институционально-государственной. Почему же я не против религии для индивидуального пользования?
Потому что каждый имеет право на свою стыдность или, иными словами, интимность. Каждый имеет право думать, будто весь мир сотворил огромный колдун с помощью своей волшебной силы. Даже если все научные знания, накопленные человечеством, эту сказочную теорию не подтверждают. Конечно, это смешно и выглядит глуповато, но у человека вон какое горе, а в минуты сильных эмоциональных потрясений человек глупеет, и это простительно. Оклемается, самому неловко будет.
Но вот что непростительно, так это охрана морали государством. Поскольку болтовня о морали всегда является прикрытием для насаждения религии. Мораль есть то, что вырастает из нашей стадности, из нашей животной любви к себе подобным и впоследствии узурпируется и монополизируется религией. Так крепко монополизируется, что теперь даже от людей не самых необразованных приходится слышать, будто мораль в обществе «всегда задавалась религией». Какая глупость! Отношения между людьми в племени и особями в стае существовали и тогда, когда никаких религий вообще не было. И все прекрасно понимали, что такое «хорошо», а что такое «плохо». Появился язык — вербализовали. Возникла письменность — записали, взяв в оправу сказок.
Важно только понимать: нравственный базис, основанный на животной эмпатии, остается, а моральные нормы, обычаи, традиции и прочие предрассудки меняются. Те поведенческие особенности, которые трудно представить себе в обществе диком, считаются нормативными в обществе современном, и наоборот. Здесь важно не цепляться за отжившие нормы и привычки. Общество, которое живет традициями, обречено на вымирание, поскольку нацелено в прошлое. Общество, которое живет настоящим, обречено на застой. И только общество, которое не боится смотреть в будущее и обсуждать любые идеи, имеет потенциал к обновлению, а значит, выживанию в меняющемся мире.
А меняется мир не просто сильно, а беспрецедентно сильно.
Глава 1. Уносимые ветром
Я ничуть не преувеличиваю. Сейчас и Россия, и весь мир действительно находятся в стрессовой ситуации. Которая, как известно, оглупляет, как любые сильные эмоции. Мы живем в эпоху демографического перехода, когда в корчах гибнет Традиция, вызывая повышение температуры у организма Цивилизации. Процесс этот болезненный, но неизбежный. Именно он приводит к возникновению терроризма, чахоточному румянцу остаточной религиозности, страдальческим крикам о гибнущем во грехе мире.
Мы все в этом мире — уносимые ветром. Нам на смену уже через столетие придут другие, генетически модифицированные, киборгизированные, усовершенствованные модели людей. Какими они будут и какой станет их мораль, нам неизвестно, но страх перед грядущим — дивным, новым миром — старый мир сотрясает.
Хотите увидеть чудовище демографического перехода своими глазами? Посмотрите на графики ниже. Вот оно — в разных видах.
Это графики из работ физика Сергея Капицы, который применил математические принципы, используемые в физике, к земной цивилизации. Идея была проста: частицы газа многочисленны и непредсказуемы, но их общее поведение, описываемое средними параметрами — типа объема, давления или температуры, — вполне предсказуемо и довольно точно измеряемо. Есть квантовая неопределенность, но есть и точные газовые законы!
Есть свобода воли человека, его непредсказуемое поведение, но есть и объективные историко-физические закономерности, работающие в среде огромной массы схожих «частиц»- людей, принадлежащих к одному биологическому виду, с одним типом питания, одной принципиальной конструкцией и потому имеющих схожие базовые интересы. Мы ведь все, в принципе, одинаковы с небольшим разбросом свойств. Этот разброс появился в результате эволюции, то есть является ее производной, но одновременно и ее движущей силой[1].
Отказ от рассмотрения людей как отдельных субъектов и переход к рассмотрению всего человечества как единой динамической системы позволил вывести несложные «формулы цивилизации» и привел исследователей к важному философскому выводу: человечество представляет собой не набор разных «цивилизаций» в виде этносов, наций, народностей, религиозных групп, стран и культур, а единый образец, который развивается по объективным физическим законам.
И сейчас в этом образце происходит фазовый переход. Что такое фазовый переход — в физике, например? Это изменение внутренней структуры и физических свойств образца (например, перестройка его кристаллической решетки или агрегатного состояния) без изменения химической сути. Как была вода, так и осталась вода, но стала из жидкой твердой, потому что упала температура внешней среды. Или была твердая сталь и осталась твердой сталью, то есть сплавом железа с углеродом, но внутренняя ее структура изменилась с аустенита на мартенсит в результате изменения внешних условий среды (изменения температуры).
Были люди вида homo sapiens и остались ими, но свойства образца планетарной цивилизации поменялись. Раньше люди размножались по одному закону, а потом — бэмц! — произошел резкий перелом и стабилизация (или даже падение) численности населения. По историческим меркам все произошло практически мгновенно — за какие-то двести-триста лет. А значит, это типичный фазовый переход. Правда, нам, живущим внутри этой переломной точки, так не кажется. Потому что фазовый переход все равно длиннее жизни одной «частицы».
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 83
