Листовка на здании Городского совета в Горинделе. Вместо подписи – знак рассеченной клинком Большой луны– Ты мне должен бурдюк медовухи, – напомнил Громбакх.
– Да, я помню.
– Как доберемся до «Приторни», расплатишься.
– Расплачусь.
На рассвете Шанни приготовила для каждого из нас по одному травяному шарику противоядия. Начинался третий день из отведенных нами пяти. О сроках пока никто не говорил вслух. Все понимали, что у нас еще будет достаточно возможностей умереть задолго до той минуты, когда подействует яд.
– Интересно. – Феонил этим утром казался на удивление бодрым. – Ты совсем не убиваешь людей?
Охотник перелезал через обваленную глыбу балкона. Явно не ожидал, что Феонил вдруг заведет такой разговор. Помедлив, ответил:
– Не беспокойся, если будет нужно, для тебя сделаю исключение.
Я усмехнулся, подумав, что теперь достаточно знаю Громбакха – ни на секунду не сомневался, что он ответит именно так.
– Это понятно. – Феонил отмахнулся. – Ну а по сути, почему?
Охотник не ответил. Перебрался через последнюю балку и заторопился дальше, вслед за Тенуином, но юный следопыт его быстро нагнал:
– А на животных это распространяется? Или насекомых? Эорлитов тоже не убиваешь? А бихчахта убил. Значит, только людей. – Феонил говорил все это какой-то безумной скороговоркой. – А если человек тебя предаст? Если убьет кого-то из твоих друзей?
– Послушай. – Громбакх остановился и развернулся. Феонил от неожиданности чуть не налетел на него. – Мне сейчас до старой гузки не сдался твой треп, понятно?
– Прости…
– Нам тут всем ссыкотно. Не боятся только мертвые и тупые. Если ты боишься, значит, еще жив и крыша не по всем швам протекла. Вот и радуйся.
Феонил растерянно кивнул. Утренний задор в нем заметно угас.
– А вообще, – Громбакх отвернулся, – кто-то по любому поводу режет и своих, и чужих, а кто-то мозгами шевелит, прежде чем браться за меч.
Я невольно посмотрел на Эрзу. Она никак не отреагировала на слова охотника. Мы продолжали идти вперед по одной из заброшенных улочек Авендилла, и я уже забыл этот разговор, когда Эрза вдруг сказала:
– Тарх был младшим десятником, в одном барте с Густом. Они вместе отправились под Артендол, когда…
– Мне все равно, – оборвал ее Громбакх. – Расскажешь это своим подружкам. Я понимаю, погода располагает к приятной беседе, но давайте-ка помолчим и спокойно пойдем дальше, хорошо?
