Заметив, что Маргарита не спешит к выходу, Ковальский тронул её за плечо.
– Потом переведёшь. Сначала надо выбраться отсюда.
Ковальский аккуратно, но твёрдо сжал её руку.
– У остальных наверху явно большие неприятности. Если мы закопаемся здесь, то они могут погибнуть.
Маргарита Романова была вынуждена согласиться. Как бы ей ни хотелось поскорее покончить со всем этим, отыскать Омбос и искоренить культ Сета раз и навсегда, нужно было сначала воссоединиться с остальными и покинуть храмовый комплекс.
Кивнув словам Ковальского, Марго трусцой стала подниматься по каменной лестнице вместе с федералом. На ходу она затолкала в сумку фотоаппарат с указанием на следующий храм и статуэтку бога Шу.
Глава 108
– Что вы так долго?! – с осуждением вопрошал Альберт Ряховский, когда Маргарита Романова и Александр Ковальский наконец выбрались из недр храма Шу.
Все пятеро беглецов собрались у одной из центральных колонн фасада. Штефан Ратцингер с недоумением взирал на маски, которые парочка бросила на пол сразу, как только пролезла через трещину в стене.
– Все артефакты на месте? – спросил Ковальский, не удостоив начальника ответом.
Дождавшись молчаливого кивка, он забрал у Ряховского свёрток и положил в него вторую статуэтку.
– Появились кое-какие обстоятельства… – уклончиво сказала Марго, удовлетворяя любопытство старого федерала.
– Внутри нас поджидал жрец сеттитов, – ответил Ковальский. – Они догадывались, что мы сюда придём.
– Да уж, – протянул Ряховский. – А теперь они точно знают, что мы здесь.
– Вам удалось что-то узнать у жреца? – с воодушевлением и энтузиазмом спросила Алиса. – Может, он проговорился о чём-то?
Услышав её слова, Ряховский лишь саркастично крякнул, бросив на Ратцингера многозначительный взгляд.
– У нас тут кое-кто почти проговорился…
Немец сделал вид, что не услышал замечание федерала. Ему с трудом удалось сохранить самообладание, когда его вторая попытка войти в контакт с сеттитами с треском провалилась.
Я был так близок к цели…
Перед его мысленным взором снова возникла картина: громила из числа сеттитов наставил на него автомат. В следующую секунду раздаётся выстрел, и лицо культиста превращается в кровавую кашу, слышится хруст раздробленных костей.
– Я попытался допросить его, но ничего не вышло, – понурил плечи Ковальский. – Всё так же, как с тем громилой в Москве.
– Я же вам говорил, что сеттитов специально готовят к такого рода ситуациям, – раздражённо произнёс Ратцингер. – Их сознание, физиологические процессы и мышление полностью переписаны так, чтобы служить хозяину. Разумеется, даже под страхом смерти он ничего бы не сказал.
– Это неважно, – покачал головой Ковальский и кивнул в сторону Марго. – Мы нашли следующий ключ и фигурку.
– Отлично, – лицо Ряховского просияло от облегчения. – Значит, можно уходить. Только вот как?
– Они будут поджидать нас у главных ворот, – логично предположила Марго. – С территории раскопок есть другой путь?
Пригнувшись, Ратцингер высунулся из-за колонны и посмотрел куда-то влево. Вход на территорию комплекса храма Шу остался по правую руку.
– Можно попробовать пройти через священные пруды, – сказал немец, сощурив глаза и показав на неглубокие ямы в земле, обрамлённые мраморным бордюром и напоминавшие заброшенные детские песочницы. – Эти водоёмы для ритуальных омовений являлись неотъемлемой частью любого храмового комплекса и зачастую сообщались с рекой. Если археологи успели откопать их от песка, это может быть наш шанс.
– Хорошо, выжидаем момент и выдвигаемся, – отчеканил Ряховский. – Мы с Сашей вас прикроем.
Видимо, осознав, что времени всё меньше, Марго подошла к Ратцингеру, достала фотоаппарат, включила и показала снимок.
– Мы отыскали следующую подсказку. Знаете, о чём в ней говорится?
– Сейчас не самый подходящий момент…
Нас в любой момент могут вычислить и пристрелить…
А я мог бы уже чувствовать себя в безопасности.
Марго бросила взгляд на прижавшихся к стене федералов и пристально посмотрела в глаза немцу.
– К тому моменту, как мы сядем в автомобиль, нам следует знать, куда направиться, – заметила она. – Хотя бы попытайтесь, прошу вас. Чем скорее мы разгадаем это послание, тем лучше.
Ратцингер в знак согласия шумно выдохнул и протянул руки вперёд.
– Хорошо, я попробую. Давайте сюда.
Сощурившись, он уставился на очередное пятистишие, выбитое на внутренней стороне каменной плиты, как выяснилось, едва не раздавившей Ковальского и Маргариту в тайном храме Шу. Чтобы послание лучше отложилось в голове, он прочитал его вслух вполголоса.
