В самом конце августа 1942 года морские силы контр-адмирала У.У. Смита соединились с конвоем из нескольких транспортов, рыбацких судов, пары барж и парусных шхун и проводили это разномастное сборище к острову Адак, находящемуся на западе архипелага.
Эсминцы шли впереди, чтобы прикрывать конвой от подводных лодок, а тяжелые корабли охраняли его с флангов. Используя максимальный прилив и плохую видимость, флот провел экспедицию в бухту Кулук на острове Адак, после чего армия спокойно сошла на берег и оккупировала остров.
Эта операция была настолько стремительной и внезапной, что японцы оказались захвачены врасплох. Сначала они сами намеревались занять этот остров. В бухте Кулук мог поместиться целый флот, а местность рядом подходила для постройки аэродрома. Но 30 августа над островом взвились «Звезды и Полосы».
Американцы увели из-под носа у японцев первоклассную базу.
Гибель эсминца «Уорден»
Поздней осенью 1942 года адмирал Нимиц начал изучал план наступления на остров Кыска. С захватом острова Адак «Каталины» получили базу, которая находилась в 250 милях от занятого противником острова. Но если бы удалось переправиться с Адака на Амчитку, то PBY оказались бы от японцев «на расстоянии плевка».
Остров Амчитка болотистый, а поросшие мхом болота — не самое лучшее место для постройки аэродрома. Американские разведчики обнаружили, что японцы ранее посетили Амчитку, но, судя по всему, решили, что этот остров ни на что не пригоден. Однако главнокомандующий Тихоокеанским флотом думал иначе, поэтому оккупация Амчитки была назначена на середину января.
Высадку планировалось начать 12 января на побережье бухты Константин. Войска перевозились на транспорте Береговой Охраны «Артур Миддлтон». Эсминец «Уорден» (капитан 2 ранга У.Г. Погью) получил приказ забрать с Адака и высадить на Амчитку армейский караульный взвод.
Ночь 11/12 января была непроглядно черной, но после шторма погода прояснилась, и море успокоилось. Когда корабль приблизился к входу в гавань, наблюдатели эсминца рассмотрели очертания береговых скал. С помощью радара картину удалось уточнить, и корабль двинулся вперед. После сложного маневрирования между выступающими над водой камнями «Уорден» благополучно подошел к пляжу и стал на якорь. В полной темноте были спущены шлюпки, и армейское подразделение переправилось на берег. К 07.20 последний человек находился на берегу, и миноносники уже поздравили себя с успешным выполнением трудной миссии.
Примерно в 07.30 «Уорден» двинулся в обратный путь. Вахта на мостике и впередсмотрящие внимательно следили за водной поверхностью. В эту ночь не спал никто. Но остров привык брать свою плату с визитеров, несмотря на их бдительность.
Эсминец уже почти вышел из бухты, когда послышался треск и скрежет под килем. Корабль налетел на зазубренную скалу. Он кое-как сполз с притопленных валунов, но тут же стало ясно, что он попал в ловушку. Гранитные валуны сжимали его с обоих бортов. Судя по всему, эсминец снесло на северо-запад, и он налетел на скрытые туманом камни. «Уорден» получил серьезные повреждения в районе машинного отделения. Вода хлестала через распоротое днище, и машинное отделение быстро заливало.
Аварийная партия по колено в воде боролась с затоплением. Были пущены в ход все имеющиеся помпы, однако океан наступал, и моряки были вынуждены отойти. Машинные отделения были «частично оставлены».
Потеряв ход, эсминец оказался отдан на волю прибоя, который тащил его к виднеющимся рядом скалам. Капитан 2 ранга Погью приказал отдать якорь, чтобы удержать на месте нос и предотвратить дрейф лагом на прибрежные скалы. Киль оторвался от дна, и до рассвета «Уорден» мотался на якоре. Если бы море оставалось спокойным, эсминец наверняка удалось бы вывести с отмели.
Но когда занялся день, ветер усилился, и корму «Уордена» начало бить о подводную скалу. Прибой с грохотом прокатывался по палубе эсминца. Все моряки занимались откачкой воды и сбрасывали грузы за борт, чтобы облегчить корабль. Однако снять с рифов корму никак не удавалось.
В ответ на сигнал бедствия на помощь к «Уордену» пришел эсминец «Дьюи» (капитан-лейтенант Джозеф П. Кенти). Был заведен буксирный конец, и «Дьюи» попытался стащить «Уорден» с мели. Начался поединок между эсминцем-буксировщиком и прибрежной скалой, в которой ставкой была жизнь «Уордена». Победила скала.
Едва началась борьба, как буксирный трос лопнул с грохотом пушечного выстрела. Оборвавшийся трос с силой хлестнул по полубаку «Уордена», который дернулся и начал крениться на правый борт. Корабль начал погружаться, а крен увеличивался по мере того, как прибой бил поврежденную корму о камни. Беспомощный эсминец тащило на камни, и бушующее море наносило ему все новые повреждения.
