Скользит по гребню золотой волны.
(пер. М. Басманова) Главное лакомство и лучший подарок в этот день — идеально круглые печатные пряники, выпеченные из сдобной муки с разнообразной начинкой. Прежде на них сверху изображали персонажей только что рассказанной легенды, и иероглифы «благоприятного содержания», а сейчас кулинары, как правило, с помощью иероглифов сообщают покупателям об основных ингредиентах начинки.
Такая информация имеет исключительно важное значение, поскольку сладким пряником со специфической соевой начинкой, зернами лотоса и желтком куриного яйца, сваренным вкрутую (классическое исполнение), российскому потребителю трудно закусывать даже самогон. Хочу сразу оговориться, что это не только мое личное мнение. Кроме того, в фирменных ресторанах и пекарнях ныне модно класть в пряник по два желтка, как бы еще раз напоминая о чудесном празднике и изысканно круглой форме луны в этот день, совершенно забывая о состоянии печени и количестве холестерина в человеческом организме.
Однако, говоря выше о «роскошных пряниках», я отнюдь не грешил против истины. В последнее десятилетие их стали делать с ананасовой, клубничной, вишневой, банановой, кокосовой, виноградной, апельсиновой и другими фруктово-ягодными начинками. Особенно вкусны свежие пряники с хамийской дыней, они тают во рту. К сожалению, данная продукция не так дешева, как хотелось бы, но есть маленькая хитрость: если покупать те же самые пряники на следующий после праздника день, то расходы будут минимальными.
С лунными пряниками связано древнее предание на историческую тему, которое, правда, не имеет ничего общего с реальными событиями. В XIV веке монгольские правители Китая, опасавшиеся массовых выступлений, усилили контроль за населением и резко увеличили количество платных осведомителей. Долгое время китайцы никак не могли обмануть их бдительность. Неожиданно кто-то предложил разослать призывы к восстанию с помощью пряников, поскольку их принято дарить накануне и в день праздника Середины осени. Когда наступило 15 августа по лунному календарю, на борьбу с врагом поднялся народ всей страны и в конце концов изгнал ненавистных захватчиков.
Во время вечерней трапезы в Куче мы неоднократно вспоминали о празднике, поднимая рюмки с синьцзянской водкой и призывая друг друга полюбоваться поистине сказочной луной. Однако назавтра нам предстоял не менее сложный и насыщенный день, поэтому веселье было скоротечным.
В соответствии с достигнутой накануне договоренностью к гостинице ранним утром подъехала красная «Сантана» шанхайского производства, на которой нам предстояло объездить наиболее интересные и доступные места в окрестностях Кучи. Энергичный и толковый водитель-ханец предложил сначала направиться по северному маршруту— в Большой каньон у южных склонов Тянь-Шаня, о существовании которого я раньше даже не подозревал. Он расположен в 64 км от города. Дорога здесь хорошая (трасса национального значения № 217) и весьма живописная: значительную часть пути мы ехали по берегу реки Куча.
О каньоне следует сказать несколько слов, поскольку в путеводителях о Срединном государстве, опубликованных на Западе, информации о нем почти нет. Он находится на высоте 1600 м над уровнем моря, длина около 5 км, максимальная ширина прохода 53 м, минимальная—0,4 м. Под воздействием ветровой эрозии и погодных аномалий многие камни (в основном красный песчаник) приобрели причудливые очертания, и китайцы дали им эффектные названия: «Девичьи слезы», «Пещера холодного ветра», «Пик ангела», «Сунь Укун играет с Чжу Бацзе» и др. Наибольшее впечатление произвел нависший прямо над головой внушительных размеров камень — «Мост тигриного зуба». В какой-то момент, передвигаясь по резко сузившемуся ущелью, я остановился, — не мог найти дорогу среди завалов. Аукаться было бессмысленно, так как поблизости никого не было. Кое-как смог протиснуться между камней и продолжил знакомство с экзотическими красотами каньона.
