Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 113
Сверху полился смех Беа, как будто она вылила ведро воды на головы своих сестер. Девочка поднялась еще выше и, когда заговорила вновь, они уже слышали ее с трудом. До них доносились только отдельные ее слова, которые нельзя было сложить в понятные предложения.
Хотя ей и нравилось дразнить своих сестер, Беа всегда с нетерпением ждала встреч с ними. Каждое утро и каждый день она считала скучные часы и никогда не отказывалась лечь спать. Иногда даже засыпала до семи вечера, чтобы поскорее попасть в Навечье. Беа любила Навечье не только потому, что там она встречала сестер, но и потому, что здесь она чувствовала своего отца яснее, чем в других местах. Только здесь она не скучала по нему, потому что его след ощущался в каждом падающем листе, в каждой капле дождя, в каждом порыве ветра. Иногда Беа чувствовала, как он наблюдает за ней. Иногда она что-то шептала ему, а он что-то шептал ей.
Иногда Бьюти, чувствуя себя виноватой, жалела о том, что у нее есть сестры, что она не единственная его дочь, и любовь ее отсутствующего отца не принадлежит ей одной.
Лео
– Оставь его в покое!
– Да ну? И что же ты можешь мне сделать, Пенри-Джонс?
Вместо ответа Лео подошел к капитану команды по регби, который прижимал Кристофера к воротам школы, и с силой пнул его в голень.
– Ах ты, маленький говнюк! – заорал Генри Сайкс, отпустив Криса и схватившись за свою ногу. – Да я тебя убью! Ты труп, долбаный труп!
Лео схватил друга за руку и поднял с земли, слушая грязные ругательства Сайкса.
– Ты ненормальный, Сайкс, – сказал Кристофер, потирая шею. – Я слыхал, что как-то раз ты откусил голову крысе.
Лео, улыбаясь, вновь подошел к Генри. Он обнаружил, что нисколько не боится его, и это чувство, это полное отсутствие страха, возбуждало его. Мальчику было плевать, что будет потом, совершенно все равно. В нем трепетала радость от собственного бесстрашия, и, когда он дошел до задиры, его глаза были широко раскрыты.
– Никогда. Больше. Не. Дотрагивайся. До. Моего. Друга, – с расстановкой сказал он. – Усек?
За его спиной Крис захлопал в ладоши.
– Тебе каюк, Сайкс!
Генри молчал. Двое мальчиков, стоящих по бокам от него, прижались к воротам. Лео ждал и тут вдруг понял еще кое-что. Он не только не боялся, что Сайкс сделает ему больно, но даже хотел, чтобы тот ударил его, потому что тогда он сможет дать сдачи, сможет прижать его к воротам и избить до крови.
Но тот лишь кивнул, пробормотал что-то, глядя на своих приспешников, и все трое удалились, поджав хвосты. Глядя им вслед, Лео почувствовал, как возбуждение и радость, которые принесла ему перспектива насилия, уступают место разочарованию.
10 октября – 22 дня…
8.34 пополуночи – Скарлет
– Ну, так что ты будешь делать? – спрашивает Уолт. Он вернулся после шестидневного отсутствия, ожидал прибытия датчика уровня для сломавшейся посудомоечной машины, и все эти дни недовольной Скарлет приходилось мыть посуду вручную. В кои-то веки она радуется, что в последнее время в кафе было мало народу.
– Понятия не имею.
Они сидят за кухонным столом, поедая булочки с корицей и попивая кофе. За их спинами стоит выкованный девушкой крестоцвет, и ей кажется, что он светится, будто все еще раскален, и она даже может чувствовать его тепло.
– Я не продам кафе, и уж точно не ему.
– Знаешь… – Уолт проглатывает последний кусок булочки. – Помимо того, что я классно управляюсь с гаечным ключом, я еще подрабатываю наемным убийцей. Не хочу быть нескромным, но в некоторых кругах я весьма известен своим мастерством.
Скарлет не может сдержать улыбки.
– Да ну?
Мужчина кивает.
– Но тебе придется поверить мне на слово. Мои клиенты не из тех, кто дает рекомендации.
– Еще бы.
– По счастливому стечению обстоятельств я специализируюсь на устранении капиталистических свиней.
– Это очень кстати. – Скарлет отпивает глоток кофе. – А ты только убиваешь или еще и увечишь?
Уолт задумывается.
– Простое убийство без дополнительных опций будет стоить тебе пять тысяч фунтов, однако за пытки и расчлененку я беру дополнительную плату. Обслуживание по высшему разряду, включающее в себя вырывание глаз и ногтей твоего врага и удушение его собственными кишками, обойдется тебе в десять кусков.
– Ты согласен на кредитование?
– Нет, боюсь, мне подойдет только нал, – отвечает он. – Как ты легко можешь догадаться, налоговая служба не одобряет моего рода занятий.
Скарлет ставит чашку на стол.
– Наверное, они с еще большим неодобрением отнесутся к твоему уклонению от налогов.
– Верно. Я могу рассчитывать, что ты будешь держать язык за зубами?
– Ну, я предпочитаю, чтобы мои кишки оставались у меня внутри, так что думаю, да, можешь, – отвечает Скарлет и, пододвинувшись ближе, благодарно толкает Уолта локтем в бок. – Спасибо тебе.
– За что?
– За то, что дал мне возможность на несколько минут забыть обо всем, – говорит она, имея в виду дряхлеющих бабушек, финансовые затруднения и сгорающих мотыльков.
8.11 пополудни – Лиана
Лиана смотрит на потолок, пытаясь не думать о том, что заставляет ее чувствовать себя несчастной: о надвигающейся нищете, о тщетных поисках работы. Вместо этого она думает о Кумико, о Мазмо, о «Слейде»… что никак не лучше. Девушка вздыхает, и глаза ее наполняются слезами. Она смаргивает их, и одна из них течет по ее щеке.
Лиана садится на кровати. Ей нужно какое-то утешение. Какие же варианты у нее есть? Во-первых, ее возлюбленная, но в своих отношениях с Кумико она и так ходит по тонкому льду, и ей совсем не хочется, чтобы он треснул. Во-вторых, ее тетя. Правда, когда речь идет о физических нежностях (разумеется, не связанных с амурными отношениями), Нья подобна акуле. Она старается, но ей это не дано. В-третьих, холодильник. Сейчас Лиана чувствует себя так, что готова подмести в нем все подчистую. Остается четвертый вариант – ее мать. К сожалению, Изиса Чивеше была довольно паршивым источником утешения при жизни и остается таковым и после смерти. Перебрав все варианты, Лиана опускает руку под кровать, чтобы достать из-под нее ларец. В нем хранятся двенадцать предметов, включая экземпляр «Детей воды»[39], который мама читала ей в качестве поощрения, когда они не продирались сквозь произведения Диккенса, и ее карты Таро.
Лиана тасует карты, пока паника не начинает утихать. Она выбирает четыре из них и кладет их на белое белье красочными картинками вверх. Паж Жезлов – мальчик, гордо стоящий, держа белое перо. Новые перспективы, отсутствие страха перед вызовами и перед риском. Пятерка Пентаклей – две девушки, съежившиеся вместе на снегу, три птицы, наблюдающие за ними, и монеты, разбросанные у их ног. Отчаяние, утрата, невзгоды, бедность, выживание. Луна – багряный волк, воющий, изогнув спину и глядя на небеса. Вещие сны, иллюзии, подсознание. Король Жезлов сидит на троне рядом со змеей и оглядывает свое королевство. Самоутверждение, умение вести за собой, уверенность в себе.
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 113
