Лори ненадолго задумалась, почему они идут в место, куда он не ходит и которое даже особо и не любит. Пару часов спустя она постукивала пальцами в ожидании такси, и ответ нашелся сам собой: чтобы не встретить там своих знакомых, тупица.
18
В такси Лори ощутила на себе бесспорное преимущество модных длиннющих платьев, так уютно закрывающих щиколотки: несмотря на то что это прекрасный наряд для особенного вечера, ты очень мало выставляешь напоказ.
Лори знала, из-за чего переживает: ведь она почувствует себя либо печально неподготовленной, либо, наоборот, расфуфыренной, а она явно относилась ко второй категории. Вероятность достигнуть вожделенной «лучшей версии себя» была и так минимальна, и она явно оказалась за ее пределами.
Прическа от Хани, макияж от Тесс, платье от «Селф Портрет»: лейбл, который, во всяком случае, точно бы получил одобрение Сюзанны из фирмы Эмили.
Сочетание узкого платья и шпилек требовало виляющей походки Мэрилин Монро по пути к «Тойоте Авенсис» – ее тыкве-карете.
Таксист Джамал с любопытством посмотрел на нее в зеркало заднего вида и сказал:
– На церемонию собираетесь?
Лори поморщилась.
Ага, Чокнутая Тетка Года.
Можно было бы с легкостью обойтись и без того, чтобы пробормотать отчетливое «нет» в духе Бэсси Ширли[34] с настолько жесткой интонацией, чтобы отбить всякое желание еще что-либо спрашивать.
Джамал ничего не ответил, очевидно думая: «Ох уж эти дивы, расхаживающие по церемониям награждения».
Желудок Лори заурчал и сжался, когда она вошла в подвальный бар и начала искать глазами Джейми. Головы повернулись в ее сторону, и Лори подумала, что надо было надеть рекламный щит с надписью «Я не из «Улицы Коронации»[35] и не подружка футболиста, так что возвращайтесь к своим «Манхэттенам».
Она вспомнила слова Эмили о том, что, если тебе хочется привлечь к себе внимание, важно дать знать, что оно тебе нужно, и поняла, как они правдивы. Ее одежда и макияж приказывали: смотри на меня. Внутри же она стонала: не смотри.
Она увидела Джейми, склонившего голову цвета патоки над телефоном. Он сидел на стуле с другой стороны круглого бара – островка из света и стекла, внутри которого крутился персонал, шумно гремя шейкерами со льдом. Может, Джейми выбрал это место отчасти и благодаря его сценическому потенциалу.
Лори осторожно пробиралась к нему – от одной мысли навернуться по пути было не по себе. Когда она подошла, Джейми поднял глаза и посмотрел на нее явно удивленным взглядом – округлившиеся глаза, приоткрытый рот, оставленный телефон.
Лори было слишком некомфортно принять от него какой-либо комплимент. Сложно отделить попытку нарядиться для дела от того, чтобы понравиться ему лично, и мысль, что он может заподозрить ее в последнем, была унизительной.
Лори подошла к Джейми и поздоровалась. Пауза.
– Что ж. Не знаю, как я заберусь на этот стул.
– …Ради кого он тебя оставил, еще раз?
Лори закатила ярко накрашенные глаза:
– Хотела сказать «я ни с кем не соревнуюсь», но если это не так, то зачем я вообще здесь. Видимо, высокие моральные устои подкачали, хах.
– Нет, серьезно, моральные устои в сторону. Выглядишь потрясающе!
– Ха-ха. Спасибо.
Он слез со стула, чтобы Лори легче было забраться на свой. На Джейми была черная рубашка и узкие серые шерстяные брюки, тусклое освещение идеально подчеркивало все линии и уголки его лица. Лори немного расслабилась, подумав, что не промахнулась с образом. Она была почти на равных со своим спутником и остальными посетителями, но выглядеть запущенной было бы гораздо хуже. Исследуя зал, она убедилась, что это и вправду место для мускулистых мужчин, все еще розовых и сияющих после вечернего душа, со своими женами, худыми как тростинки, в туфлях на шпильках «Курт Гейгер». Все вокруг размахивали карточками «Америкэн Экспресс».
– Ну что, это тебе для храбрости, – сказал Джейми и подозвал официантку, которая появилась перед ними с бокалом мартини для Лори.
