Лишь должно гнусну злость из мысли истреблять, И надобно во всем рассудку подвергаться, Мы можем в свете сем довольно утешаться, —
советовал Ржевский Нарышкину.
Опыт применения новой рациональной религии к жизни целого государства нарисовал кн. Щербатов в своем «Путешествии в землю Офирскую» (1784).
Щербатов пытается поставить религию исключительно на рационалистических основах. «Мы люди, а потому суть твари, одаренный рассудком», — объясняет путешественнику офирянин принципы религиозного быта своей страны.
Общественная молитва совершается в храме, вся обстановка которого заимствована из масонских лож. Храм «построен из дикого камня». Посредине его находится солнце (= блистающей звезде масонских лож); «на серебряном кругу голубою финифтью была изображена цифирная литера, знаменующая единакость».
Священник — «в длинном белом платье, имеющий род нагрудника (соответствует масонскому переднику, или запону), на коем находилось выкованное такое же солнце… взошед на возвышенное место, сказал: вознесите мысли свои к Вышнему. А потом, став на колени, с частым преклонением читал молитву, и все, бывшие тут, в глубоком молчании и с потупленными очами, также стоя на коленях, и с преклонением на землю, приносили молитву в молчании. Молитва сия не долее двух минут продолжалась, когда восстал священник и обратясь к народу, сказал: да услышана будет молитва ваша перед Господом, и после сего начали расходиться».
Священник по выходе из храма оказывается офицером полиции: «понеже, что полиция у них есть для сохранения нравов, то из граждан и выбираются те, которых они достойнейшими почитают, в главные надзиратели частей по три человека, которые тогда же определяются быть священниками единого Бога». Эти три человека «по очереди исправляют молитву в храме, наблюдают о нравах гражданских и о всем, что касается до тягости народа; прочие же должности исправляются другими определенными; многие из них и другие места имеют». Тот, с которым познакомился путешественник, состоял также начальником высшего земского суда.
Священники не получают дохода ни от храма («приносить мольбы Вышнему — сия есть должность каждого человека, то какому и доходу за сие быть?»), ни по должности полицейской («ибо первое, она весьма не трудна, а второе, она есть такая, которая защищает жителей от всякого притеснения, то и в сем случае одной довольно чести»). Жертв офиряне никаких не приносят, «ибо лучшая жертва Вышнему существу есть сердце чистое, а для сего каждый офирянин имеет должность, под опасением немалой пени, кто бы он ни был, прийти единожды в неделю в храм Божий и Ему краткую молитву принести».
Молитвы «весьма кратки… и их весьма немного, а именно: 1) ежедневные, 2) на рождение младенца, 3) на бракосочетание и 4) на погребение».
Таинств в религии офирян нет: брак, например, «не есть дело, касающееся до веры, но до гражданских законов, а благословение, чинимое браком во храме, есть токмо дабы оные учинить тверже и непоколебимее».
Дела по разводу рассматривает «главный трибунал благочестия».
Религия, полиция, суд и санитария совершенно переплетаются между собою: все основано на доводах рассудка, чувству или откровению нет доступа к духовным делам Офирской земли.
2. Разложение рационализма
В 1782 году в известном своем курсе «О трех познаниях — любопытном, приятном и полезном» московский профессор Шварц разделил на три степени всю душевную жизнь человека. В первой главенствует разум, во второй — чувство, в третьей — откровение. Сообразно этим степеням делится и все познание человека. Для того чтобы достигнуть высшей, он должен непременно перейти через две первые.
