Шотландия, до соединения ее с Англией под именем Великобритании, более всех государств Европы была волнуема внутренними беспорядками. Но ни при одном из своих национальных королей она не испытала столько революций и трагических катастроф, как при Марии Стюарт.
Франсуа Минье, французский историкНа следующий год в Стерлинге Мария была провозглашена королевой Шотландии, а ей в это время не исполнилось и шести месяцев. Однако, как пишет блестящий биограф Марии Стюарт Стефан Цвейг, «быть из рода Стюартов и притом шотландской королевой значило нести двойное проклятие, ибо ни одному из Стюартов не выпало на этом престоле счастливо и долго царствовать Младенец еще не говорит, не думает, не чувствует, он едва шевелит ручонками в своем конверте, а политика уже цепко хватает его нерасцветшее тельце, его невинную душу. Таков злой рок Марии Стюарт, вечно втянута она в эту азартную игру. Никогда не сможет она беззаботно отдаться влечениям своей натуры, постоянно ее впутывают в политические интриги, делают объектом дипломатических уловок, игрушкой чужих интересов, всегда она лишь королева или претендентка на престол, союзница или враг».110
Неизвестный автор. Официальный портрет Марии Стюарт, королевы Шотландии. ок. 1561–1567. Музей Блэр, Абердин
У Марии не было возможности узнать свою страну, провести безмятежное детство на природе, в горах и ландах, так как дипломатические обязательства оторвали ее от родной земли и матери в августе 1548 года, когда ей не было и шести лет. В Англии произошло серьезное событие: Генрих VIII, убийца своих жен, осмелившийся бросить вызов самому папе Римскому, умер в предыдущий год, и его заменил на троне его сын Эдуард, мальчик десяти лет. Положение, интересное для соседей, так как власть в стране внезапно рухнула; но и вызывающее беспокойство тоже, ведь Англия все больше и больше укреплялась в реформаторстве.
Тут же возник план бракосочетания малолетней королевы Шотландии и малолетнего Эдуарда: их еще несложившимися телами, еще дремлющими душами уже распоряжались как каким-то товаром.
Однако политический ветер, резко задувший из-за Ла-Манша, круто повернул судьбу девочки: вместо того, чтобы сделаться английской королевой, маленькая дочь Стюартов внезапно оказалась предназначена в королевы Франции. Едва лишь новое и более выгодное соглашение было заключено, как драгоценный объект сделки, девочку Марию Стюарт пяти лет восьми месяцев от роду, посадили на корабль и отвезли во Францию, запродав другому, столь же незнакомому ей супругу.
Вскоре Мария оказалась в Париже, который достаточно презрительно отнесся к этой «маленькой дикарке», прибывшей издалека. Здесь девочка впервые повстречала своего «нареченного». Это был дофин Франсуа, которому не исполнилось еще и пяти лет. Он был хил и бледен. Ему словно на роду были написаны хворость и ранняя могила, ибо в жилах у него текла «отравленная кровь».
