Книга Двор на Поварской - Екатерина Рождественская
583
0
На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Двор на Поварской - Екатерина Рождественская полная версия. Жанр: Книги / Историческая проза. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст произведения на мобильном телефоне или десктопе даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем сайте онлайн книг baza-book.com.
От Махачкалы до БакуЛуны плавают на боку,И, качаясь, плывут валыОт Баку до Махачкалы.
Нас на грешной земле качало,Нас качало в туманной мгле.Качка в море берет начало,А кончается на земле.
Весь в игре!
Нас качало в казацких седлахТак, что стыла по жилам кровь.Мы любили девчонок подлых —Нас укачивала любовь.
Роберт, восторженно глядя прямо Генке в глаза, вдруг с полуслова подхватил:
Водка, что ли? Еще и водка,Спирт горячий, зеленый, злой.Нас качало в пирушках вот как:С боку на бок и с ног долой.
Только что нам тревожиться, еслиНаши зубы, как пена, белы?И качаются наши песниОт Баку до Махачкалы.
Только звезды летят картечью,Говорят мне: «Пойди, усни!»Дом, качаясь, идет навстречу,Сам качаешься, черт возьми.
Я стою один, успокоясь,Я насмешливо щурю глаз:Мне Каспийское море по пояс,Нипочем, уверяю вас!
Ребята вокруг притихли, кто-то попытался даже вспомнить стихи, но более чем на две строчки никого не хватало.
– А это знаешь? Страшное, его последнее… – спросил Робка.
Я однажды, ребята, замер.Не от страха, поверьте. Нет.Затолкнули в одну из камер,Пошутили: – Мечтай, поэт!
В день допрошен и в ночь допрошен.На висках леденеет пот.Я не помню, где мною брошенЛегкомысленный анекдот.
Он звереет, прыщавый парень.Должен я отвечать ему,Почему печатал Бухарин«Соловьиху» мою, почему?
Я ответил гадюке тихо:– Что с тобою мне толковать?Никогда по тебе «Соловьиха»Не намерена тосковать.
Как прибился я к вам, чекистам?Что позоришь бумаги лист?Ох, как веет душком нечистымОт тебя, гражданин чекист!
Роберт остановился и с вызовом взглянул на Генку. Гена, немного замешкавшись, подхватил:
Я плюю на твои наветы,На помойную яму лжи.Есть поэты, будут поэты,Ты, паскуда, живи, дрожи!
Чуешь разницу между нами?И бессмертное слово-медьНад полями, над теремамиБудет песней моей греметь.
Кровь от пули последней, брызниНа поляну, берёзу, мхи…Вот моё продолженье жизни —Сочинённые мной стихи.
Алла слушала, глядя то на одного, то на другого. Один, Генка, весь какой-то заостренный, резкий, артистичный, сконцентрированный только на себе и очень талантливо читающий стихи, помогал себе руками, сгребая воздух вокруг, чтобы хватало дальше на вдох, и едко и с вызовом глядел на всех вокруг: как я вам? Другой, Робка, мощный, огромный, плечистый, излучающий доброту и совершенно не похожий на поэта, читал, сцепив руки сзади, чуть заикаясь и глубоко вдыхая сигаретный дым, но читал так, что стихи шли сразу в кровь, разливались по телу, и начинало казаться, что это именно твои стихи, твои, а не чьи-то.
Ребята вокруг хлопали, а дуэлянты, как бойцовые петухи, продолжали действо.
– А это знаешь? Чье? – не унимался Робка:
У тебя ль глазищи сини,Шитый пояс и серьга,Для тебя ль, лесной княгини,Даже жизнь не дорога?У тебя ли под окошкомМорок синь и розов снег,У тебя ли по дорожкамГоревым искать ночлег?Но ветра не постояльцы,Ночь глядит в окно к тебе,И в четыре свищет пальцаЛысый чёрт в печной трубе.И не здесь ли, без обмана,При огне, в тиши, в глуши,Спиртоносы-гулеваныДелят ночью барыши?Меньше, чем на нитке бусин,По любви пролито слёз.Пей из чашки мёд Марусин,Коль башку от пуль унёс.Берегись её, совёнок,У неё волчата есть!У неё в малине губы,А глаза темны, темны,Тяжелы собачьи шубы,Вместо серег две луны.
– Павел Васильев! – почти выкрикнул Генка и продолжил с лету:
Не к тебе ль, моя награда,Горюны, ни дать ни взять,Парни из погранотрядаЗаезжают ночевать?То ли правда, то ль прибаска —Приезжают, напролетЦелу ночь по дому пляскаНа кривых ногах идет.Как тебя такой прославишь?Виноваты мы кругом:Одного себе оставишьИ забудешь о другом.До пяты распустишь косыИ вперишь глаза во тьму,И далекие покосыВдруг припомнятся ему.И когда к губам губамиТы прильнёшь, смеясь, губя,Он любыми именамиНазовёт в ответ тебя.
Потом, выдохшись, бросились друг к другу:
– Старик, это гениально! – закричал Пупкин. – Удивил ты меня, сильно удивил!
– Генка, мощный ты мужик! Порадовал отца, – сказал Робка, который был на год старше. – Ну скажи, есть же в Корнилове волшебство!
– А какая славная есенинщина! А я за молодыми поэтами слежу! Не слышал про Евгения Ветошенко?
– Да нет, не попадался еще. А что пишет? – поинтересовался Роберт.
– Да так, пописывает пока. Но интересный парень, перспективный. Молодой, наших лет.
С тех пор, проверив друг друга на «вшивость», они постоянно играли часами в эту студенческую игру, как будто сдавали друг другу экзамен, чтобы выяснить, кто все-таки первый, совершенствуя память и радуя однокурсниц. Оба очень выделялись среди всех. Часто Алле приходилось слышать рядом вздохи подруг: «Ох, кажется, я влюбилась в Крещенского…» Он ей тоже, конечно, нравился, что и говорить, – спортсмен, красавец, очень скромный, хоть и бедновато одетый и слишком уж неразговорчивый. Но ходили слухи, что женат, и поди знай, как там на самом деле, не спрашивать же.
Сайт сохраняет куки вашего браузера. Вы сможете в любой момент сделать закладку и продолжить прочтение книги «Двор на Поварской - Екатерина Рождественская», после закрытия браузера.
Книги схожие с книгой «Двор на Поварской - Екатерина Рождественская» от автора - Екатерина Рождественская:
