Книга Подсказчик - Донато Карризи

Всю ночь шел обильный снегопад, накрывая собой, подобно безмолвию, весь белый свет.

Немного потеплело, и на дорогах закружил слабый ветерок. В то время как столь ожидаемое погодное явление затормозило привычный ритм жизни города, следственная группа оказалась во власти новой мании.

Наконец появилась цель. Способ устранения, пусть даже и частичного, всего этого зла. Найти и спасти шестую девочку. И тем самым спасти собственную репутацию.

— И все же она жива, — твердил Горан, подогревая энтузиазм остальных членов группы.

После этого открытия Роке обрушился с гневной критикой на Чанга из-за того, что тот первым не пришел к такому заключению. Газетчикам еще ничего не было известно о существовании шестой похищенной девочки, но старший инспектор, предвосхищая их интерес, отрабатывал свое алиби для печатных изданий, а для этого ему требовался козел отпущения.

Роке вызвал к себе группу медиков, с тем чтобы они ответили на главный вопрос: «Могла ли девочка выжить в таких условиях?»

Единодушного ответа не прозвучало. Самые оптимистически настроенные считали, что при надлежащем медицинском уходе, предотвращающем проникновение инфекций, она могла бы побороться за свою жизнь еще дней десять-двадцать. Пессимисты утверждали, что, несмотря на юный возраст, наличие подобной ампутации с каждым часом неумолимо снижало шансы на выживание, и более того, девочка наверняка уже мертва.

Ответы специалистов не удовлетворили Роке, и он решил, что будет публично настаивать на том, что Александр Берман — главный подозреваемый в этом преступлении. Горан не опровергал официальной версии старшего инспектора, понимая, что Роке не мог ударить в грязь лицом, отрекшись от прежних обвинений в адрес Бермана. Этим он не только нанес бы вред своей репутации, но и подорвал веру в методы их работы.

Более того, Горан был убежден в том, что этот человек был нарочно «выбран» настоящим преступником.

Альберт снова оказался в центре их внимания.

— Ему было известно, что Берман — педофил, — объяснял Горан всем собравшимся в зале. — Мы его явно недооценили.

К портрету Альберта добавились новые штрихи. Сыщики впервые интуитивно почувствовали их, когда Чанг описывал раны на поверхности обнаруженных рук, охарактеризовав «хирургически точным» смертельный удар, который убийца наносил своим жертвам. Использование медикаментов для снижения кровяного давления шестой девочки еще больше подтверждало медицинские способности Преступника. Наконец, сам факт того, что, вероятно, он сохранил ей жизнь, наводил на мысль, что этот человек прекрасно осведомлен о новейших технологиях в сфере реанимационных мероприятий и интенсивной терапии.

— Должно быть, он медицинский работник либо был им в прошлом, — продолжал размышлять вслух Горан.

— Я займусь поиском информации в реестрах бывших медработников: как знать, быть может, он был уволен, — неожиданно вызвался Стерн.

Хорошее начало.

— А где можно достать лекарства для поддержания жизни?

— Великолепный вопрос, Борис. Мы установим личности всех, кто заказывал подобные препараты в частных аптеках или в больницах.

— Наверняка это случилось несколько месяцев назад, — заметила Роза.

— И в первую очередь антибиотики: они нужны были ему, чтобы избежать заражения… Что еще?

По всей видимости, больше ничего. Теперь речь шла только о том, чтобы разыскать шестую девочку, живую или мертвую.

Все сидевшие в зале заседаний посмотрели на Милу. Именно она была тем самым специалистом, к которому следовало бы обращаться за консультациями относительно способов достижения цели, способному задавать направление всей их работе.

— Нам нужно как-то связаться с ее семьей.

Присутствующие недоуменно переглянулись, и Стерн спросил:

— Но для чего? Сейчас у нас есть явное преимущество перед Альбертом: он еще не знает, что нам о нем известно.

— Вы всерьез полагаете, что такой ум, будучи способным заварить всю эту кашу, еще задолго не предвидел наши шаги? — Доктор Гавила пришел на помощь Миле, подкинув им в придачу свою новую версию. — Именно он задает тон в игре, и девочка — награда победителю. Это — состязание для тех, кто окажется проворнее остальных.

— Тогда почему он не убивает девочку? — спросил Борис.