Часть 4. Изгои
1. Мастерские
Перед выходом из Пьяного леса Хантер попросил у Гурона пистолеты.
– Хантер, зачем тебе пистолеты? У тебя же руки забинтованы, – недоумённо спросил Гурон.
– Гурон, бинты уже можно снять, новая кожа уже наросла, – Хантер размотал бинты и показал свои ладошки. Кожа была нежная, тонкая, разовая, как у младенца, но кое-где на сгибах еще сохранились струпья.
– Хантер, возьми лучше «трофейный» АК-47 у Стрелка. Настоящий десантный автомат, – сказал Гурон, с сомнением посмотрев на ладони Хантера.
– Стрелок с раненым плечом с двумя пистолетами не управится, и винторез сейчас не для него. Так что, пистолеты лучше взять мне, – возразил Хантер.
Я был согласен с Хантером и утвердительно кивнул. Гурон спорить не стал и отдал свои «Форт-12» Хантеру. Только, старый брюзга не забыл добавить в довесок к пистолетам, – Парень, я не знаю, каков ты в деле, поэтому смотри, куда палишь, тем более из двух пистолетов.
Перед самыми мастерскими, Гурон свернул в кусты, идущие вдоль ручья в обход мастерских. Наверно хочет перепроверить, нет ли засады перед входом в бункер Матиса. Но, идя таким маршрутом, можно нарваться на лежку слепых собак. Хотел сказать об этом Гурону, но передумал. Он, конечно же, сам видит свежие собачьи следы на глинистой почве у ручья. А дергать Гурона на переходе – себе дороже. Однажды я влез со своими советами и получил отповедь. Гурон тогда меня спросил: «Стрелок, знаешь, почему люди не занимаются любовью на городских площадях? Нет? Да, потому, что советчиков много».
Впрочем, я пожалел, что не предупредил Гурона, старый начинает сдавать, вывел нас прямо на логово собак. Собаки неожиданно выскочили из кустов и начали кружить вокруг нас, готовясь к атаке. Какая-то секунда или две карусели и собаки ринулись на нас со всех сторон. Хантер оказался на высоте, пока мы с Гуроном убили двух собак, Хантер уложил из пистолетов трех.
– Молодец. Хантер, твоя кличка тебе подходит, ты настоящий охотник, – сказал Гурон, похлопав Хантера по плечу. Мне стало немного обидно, я бы тоже не сплоховал, если бы, не моё раненое плечо. Хотел сказать Гурону колкость, что бы он лучше следил за маршрутом, но опять смолчал – подколоть Гурона довольно сложно, он всегда найдет, что ответить.
В бункер Матиса спустились уже затемно. Док обрадовался, увидев нас с Гуроном. Матиса ещё не было – ещё не возродился. Размотав бинты с лица Хантера, Док пришел в восторг. Черт поймет этих докторов, чем собственно восхищаться? Надеюсь, Док восторгался не жутким видом лица Хантера, а качеством проведенной над ним операции по пересадке кожи.
Поужинав, легли спать. Наутро Гурон сказал, что ему надо сходить в свой бункер за профессором экологии по фамилии Каланча. Мне стало ещё обиднее, я пять лет знаю Гурона и ни разу не был у него в бункере. Зато разные «профессора» у него частые гости. Ладно, «индейская морда», Стрелок тебе ещё понадобится, тогда и сочтёмся.
– А кто это, профессор Каланча, – стараясь быть как можно более непринужденным, спросил я.
Гурон рассказал историю знакомства с профессором и поход к четвертому энергоблоку через третий. Я немного оттаял, у старого хрыча действительно не было выхода, как притащить профессора к себе в бункер.
Через час после ухода Гурона пришел Матис, опять голый, хотя и с автоматом. Увидев меня, он бросился обниматься.
– Матис, иди к черту – ты мокрый. И ты не нудист, а эксбиционист! Ну почему опять голый? Я же приготовил тебе одежду перед входом.
– Не было времени одеваться, малая «мясорубка» вот-вот должна была закрыться. К тому же меня обеспокоило отсутствие собак, они обычно всегда крутятся в округе.
– Это Хантер перестрелял твоих собак. Вот познакомься, мой старинный друг, ещё по прошлой жизни, до зоны. Да не пугайся ты, он не мутант и не мумия, просто он рылом лица ткнулся в «ведьмин студень». Только осторожней с рукопожатиями, он ещё и ладошки в студень макал.
– Рад знакомству, впервые вижу человека, выжившего после знакомства с «ведьминым студнем», – Матис осторожно пожал руку Хантера.
– Взаимно, – ответил Хантер. Я заметил, что Хантер украдкой с интересом разглядывал светящиеся полосы на голом теле Матиса. Ну, это понятно, любой опешит, увидев в первый раз инкрустированное артефактами голое тела Матиса. Одно дело слышать, а другое дело увидеть живого Призрака.
