ПРИХОДИЛ, ЖДАЛ. СРОЧНАЯ ДОСТАВКА 02.03–07.08-09.11–04.19. НАЙДИ К У РЕКИ ДЛЯ ДРУГОЙ ВСТРЕЧИ.
Люси почувствовала, что по спине пробежал озноб. В ее голове с ужасающей холодной ясностью прояснялись теневые зоны, устанавливались связи. Она сфотографировала послание на мобильный телефон.
Хотя она ничего не знала о расследовании и продвигалась вперед наобум, эти несколько слов были совершенно ясны.
Тот, кто похищал девушек, был всего лишь посредником.
Он приходил в эти места для того, чтобы доставить свои посылки – человеческий товар.
25
Установить непосредственный контакт. Почти «дружеский».
Это первое, что Шарко придется сделать на встрече с Пьером Фулоном – Мясником. Называть его по имени, чтобы придать ему значительности. Согласиться на этот отвратительный, но необходимый церемониал, чтобы Фулон не прервал встречу. Этот подонок любит красоваться на сцене в свете прожекторов и обожает разглагольствовать о своих подвигах. Вот тут-то и надо будет его атаковать.
После брифинга с капитаном полиции, который вел дело Мясника, и перед возвращением домой, чтобы подготовиться к отъезду на остров Ре, Шарко заглянул в общий зал. Но нашел там только Робийяра перед компьютером. Лейтенант-качок размышлял, сцепив руки на затылке.
– Что-то ты задумчив, – заметил Шарко, беря свой пиджак.
Робийяр потянулся, распрямив свое могучее тело, и встал.
– Да у меня все из головы не идет эта история с квартирными кражами. Только что пытался связаться с парнем, чье имя засветилось в протоколе, с Даниэлем Луазо. К несчастью, он в прошлом году погиб при исполнении.
Шарко не шелохнулся. От этого рода реальности у него всегда холодок бежал по спине – хоть всего через два года службы, хоть через десять или двадцать пять лет. Смерть могла выскочить перед тобой когда угодно, и особенно когда ты ее меньше всего ждешь.
Робийяр продолжил:
– И тут какой-то Патрик Мартель, который работает в том же комиссариате Аржантея, перезвонил мне буквально через полчаса. Во что бы то ни стало хотел узнать, почему я интересуюсь этими квартирными кражами. Похоже, нервничал, говорил с раздражением. Тогда я его немного успокоил. Сказал, что мы работаем над исчезновением двенадцати цыганских девушек, одна из которых как раз и была замешана в этих квартирных кражах. Дескать, ее нашли живой, но она целый год провела взаперти, блуждая по подземелью. Это заставило его сменить тон.
Робийяр несколько раз шумно хлебнул воды из своей бутылки.
– Он сказал, что сегодня утром к нему приходила какая-то женщина и хотела узнать побольше о Луазо и об этих кражах. Он отказался сообщить мне подробности, но, по его словам, ей снятся вещие сны, в которых она видит девушку цыганского типа, запертую в каком-то темном месте. Вот эти-то сны якобы и довели ее до кабинета Луазо.
– Вещие сны? Что за ерунда…
– Я то же самое подумал. Но признайся, совпадение поразительное, и, похоже, эти ее «видения» довольно правдивы. Хотя я почувствовал, что Мартель ушел в оборону. Так что я съезжу в Аржантей, чтобы разобраться. Поговорить с ним с глазу на глаз, попытаться узнать, кто эта женщина и может ли она что-нибудь нам рассказать.
– Хорошая идея.
Робийяр показал на толстую папку, которую Шарко держал под мышкой:
– А у тебя как насчет Фулона?
– Обожаю этого парня. Собираюсь погрузиться в его дело сегодня ночью.
– Спроси у засранца, хорошо ли в душевой мыло мылится.
Шарко усмехнулся:
– Боюсь, он дурно это воспримет.
Франк спустился на три этажа, думая о предстоящей ему встрече. Николя Белланже вот-вот должен выбить ему свидание на завтрашнее утро – оставалось только получить разрешения от судьи и тюремного начальства.
Он уже шел по двору дома 36 к своей машине, как вдруг ему показалось, что у него галлюцинация. Но нет, это точно Люси, там, на пропускном пункте, показывает свое трехцветное удостоверение. Одна, без близнецов, волосы собраны в конский хвост, элегантная, кокетливая, как в их первую встречу.
Он бросился к ней быстрым шагом, сжав кулаки:
– Люси?
И, обняв жену за плечи, поспешил увести ее подальше со двора. Они оказались лицом к Сене, перед высокими стенами штаб-квартиры парижской судебной полиции, между рядами служебных машин и мини-фургонов. В соседний Дворец правосудия беспрестанно входили люди, явившиеся по повестке, а также адвокаты, полицейские. И, соответственно, выходили оттуда.
– Какого черта ты тут делаешь? Где близнецы?
Она бросила быстрый взгляд на толстую папку у него под мышкой:
– У няни. Мне непременно надо было увидеться с тобой.
Не дав мужу времени как-то отреагировать, Люси показала ему фото на экране своего мобильника. Взгляд Шарко тотчас же привлек символ – три концентрических круга. Он нахмурился:
– Что это? Где ты это взяла?
Люси набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:
– В лесу Алат, в одном месте.
– В лесу Алат? Но…
– Послушай… Прошлой ночью я порылась в багажнике твоей машины. Нашла обувную коробку. – Она подняла руку, предупреждая возражения. – Я была осторожна, надела перчатки. И… прослушала запись, видела зубы в бумажнике…
