Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 52
собралась. Вышла незаметно, чтобы никто не приметил, шла путями окольными, сделав для верности полутораверстный крюк. Скоро на место вышла. Искала недолго: почти враз углядела спину Семена, который на корточках сидел, грибы срезая. Подошла тихонечко со спины — ни один сучочек сухой не хрустнул, и веточка не шелохнулась, — достала из-за пазухи прут железный толщиной в два пальца, загодя припасенный, размахнулась и изо всей силы ударила Семена по голове.
Ойкнул мужик. Повалился на бок. Прислушалась Настасья — дышит. Тогда она ударила еще раз и еще. Снова прислушалась: дыхания уже не было. Пощупала пульс — не бьется жилочка. Все. Вздохнула Настасья, зашла к убиенному мужу с головы, подхватила под мышки и потащила. Саженей тридцать пришлось ей его тащить, упарилась вся, покудова к яме, ветками прикрытой, не дотащила. Могила эта была для Семена, выкопанная Настасьей недели три назад.
Свалила Настасья Семена в яму, прут окровавленный туда же бросила, закапывать стала припрятанным совочком. Набросает в яму земли слой — притопчет, набросает другой — снова притопчет. А как сровнялась яма с остальной землею, ушла в заросли и вернулась с кусками вырезанного дерна и прикопала его на засыпанную могилу, так что со стороны и незаметно. Место как место, каковых в лесу хоть пруд пруди. Оглядела еще раз уже глазом остывшим, что-то подправила в травинках, иголок еловых накидала, да и пошла себе обратно. Так же, окольно, чтоб никто не заприметил, что она из лесу выходит.
И ведь получилось…
* * *
Заснула Настасья только под самое утро. Воспоминания навеяли какие-то непонятные тяжелые сны, в которых была и бабка Дуняша с круглыми, как у кошки, глазами; и мать, заиндевелая и скрюченная, поджавшая к животу колени; и Семен с кровоточащей раной на голове и перекошенным ртом, и Козицкий, который почему-то подвывал по-собачьи, выставив в окошко лицо.
Когда Настасья проснулась, на улице давно было утро. Чвыркали в листве какие-то мелкие птахи, а в солнечных лучах, если присмотреться, весело и беспорядочно суетились пылинки, которые всегда навевали ей в детстве ощущение праздника, который вот-вот случится. Но в это утро в ее душу поселилась тревога, а еще образовалась пустота, какая бывает в комнате, откуда вдруг взяли, да и вынесли всю мебель…
Глава 13
Вместо Попова — труп собаки,
или Где покойник?
Третья декада июня 1896 года
Утром следующего дня сразу по приезде в село Павловское судебным следователем Воловцовым и уездным исправником Уфимцевым было решено начать работы по отысканию трупа господина главноуправляющего Попова на территории усадьбы. Что означало — в саду, во дворе и находящихся на усадебной земле хозяйственных постройках, в частности, сарае, который Воловцов и Уфимцев видели прошлым вечером из окна малой гостиной барского особняка.
Вся территория была разбита на квадраты и размечена, были определены места, где надлежало копать землю в поисках возможно зарытого в ней трупа, и полицианты приступили к копке ям.
Управляющий Козицкий снова вознегодовал и, бледный лицом, обратился к Воловцову с вопросом: на каком таком основании полицейские копают ямы вокруг господского особняка и в саду.
— Мы ищем труп пропавшего главноуправляющего Попова, — просто ответил Иван Федорович, спокойно выдержав взгляд Козицкого.
— Вы думаете, что я убил Попова и закопал его в землю? — взвился уже не способный совладать с собой управляющий имением.
— Имеется такая версия, — флегматично произнес Воловцов, наблюдая за действиями полицейских.
— Вы… вы ответите… — едва смог выговорить Козицкий, и в этих коротких словах Воловцов вдруг, помимо возмущения и негодования, почувствовал страх и ненависть.
Иван Федорович внимательно посмотрел на управляющего, и тот немного стушевался от взгляда судебного следователя. Медленно, гася в них пламя ненависти, Козицкий отвел взор в сторону и буркнул:
— А-а, делайте, что хотите…
— А вот это правильно, — согласился с управляющим Воловцов. — Только вот делаем мы не «что хотим» и уж тем более не по собственной прихоти, а проводим действия, дозволенные законом при ведении предварительного следствия. Поиски трупа, как и обыски, господин Козицкий, являются совершенно законными деяниями, санкционированными прокурором Окружного суда. Насчет того, что мы «ответим» за свои действия, — Иван Федорович мельком глянул на поднявшего плечи, словно ожидавшего удара Козицкого, — то вы, естественно, вправе жаловаться, куда вам заблагорассудится и когда угодно. А вот мешать проведению положенных при ведении следствия мероприятий вы не вправе, как я уже вам и говорил.
Самсон Николаевич еще более втянул голову в плечи и отошел в сторону. Он молча следовал за полицейскими, которые обследовали участок за участком, и столь же безмолвно наблюдал. Казалось, ему тоже интересно, найдут они труп Попова или нет.
К наступлению полудня урядники Гатауллин и Спешнев вместе с подключившимся к ним становым приставом Винником перекопали весь двор и практически весь сад во всех местах, где можно было бы спрятать труп. Тело главноуправляющего имениями графа Виельгорского — Ильи Яковлевича Попова — найдено не было.
После обеда принялись за огороды, прилегающие к флигелю. Здесь работа по отысканию трупа главноуправляющего Попова была сильно облегчена тем, что земля оказалась мягкой. Становой пристав Винник вместе с урядниками Гатауллиным и Спешневым вместо копки ям просто всаживали свои шашки в выбранные для проверки места по рукоять в землю. Козицкий неустанно следовал за полицейскими, наблюдая за их действиями, что было, в общем-то, только на руку Воловцову и Уфимцеву. Получалось, что Самсон Николаевич постоянно находился у них на глазах. И специально следить за ним, как за подозреваемым, чтобы тот не сбежал, не было особой надобности.
В месте, где огород одним концом через неширокий проход примыкал к запертому сараю, шашка урядника Спешнева проткнула что-то твердое. По крайней мере, тверже земли. Он выдернул ее и понюхал, а потом громко выкрикнул:
— Есть!
К нему подбежал Гатауллин, тоже понюхал шашку и поспешил вместе со Спешневым в усадьбу. Скоро оттуда вышли Воловцов с Уфимцевым и Яков Семенович и Прасковья Владимировна Поповы. Старики были взволнованы и едва сдерживали слезы.
Когда все подошли к месту, куда до этого воткнул шашку урядник Спешнев, Иван Федорович глянул мельком на Козицкого, толокшегося неподалеку и наблюдающего за действиями полицейских. Взглядами судебный следователь и управляющий не встретились. После недавнего разговора Самсон Николаевич явно избегал смотреть в глаза судебному следователю Воловцову. Но Иван Федорович каким-то чутьем понял, что Козицкий если и волнуется, то несильно. Он не был напряжен и лишь искоса посматривал в сторону группы полицейских.
— Копайте, только… осторожно… — предупредил сдержанно Воловцов.
При этих словах судебного следователя Прасковья Владимировна как-то со всхлипом вздохнула,
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 52
