Глава 14. Предложение, от которого не отказываются
1
Этой ночью больше ничего не случилось. Мы с Ригом встретили утро в абсолютном одиночестве, и лишь, когда пришло время завтрака, вернулись горничные. Против ожиданий, вовсе не испуганные.
– Нас продержали в гостевых комнатах, – рассказала Марта, – но ничего толком не добились.
– Они и не старались. Слишком мы мелкие сошки, – добавила Альма, помогая подруге по несчастью сервировать стол к завтраку. – Лукас по секрету сказал мне, что его шеф жутко зол и установил слежку за всеми участницами отбора. Это, конечно, и раньше понятно было, но теперь вообще каждый шаг докладывается лично ему.
– Интересно, как там Тира? – спросила я, глядя в окно, больше озвучивая мысли вслух, чем обращаясь к кому-либо, но, к удивлению, Марта знала гораздо больше моего.
– Она уже пришла в себя и даже совершила прогулку с его величеством по зимнему саду, ярла, – тихо вздохнула та и робко посмотрела, не сержусь ли.
Аппетит сразу пропал. Не то, чтобы я сомневалась в чувствах короля, но почему-то промелькнула мысль, что меня одурачили. Что не было никакого Тёмного следа в комнате Тиры, а это она сама нанесла себе рану, чтобы получить фору и приватные беседы с Рагнаром вне очереди. Чем больше я об этом думала, тем разумнее казалась эта версия.
И всё же сон она не объясняла. Колодец, тот самый, что я видела перед отъездом домой, снова ожил во снах, и это не могло быть случайностью. Возможно, если Алая роза всё же Тира, тем самым она хотела отвести от себя подозрения, чувствуя, что я наступаю на пятки. Отсюда и выплеск энергии, который я почувствовала во сне?
И всё же версия мне не нравилась. Почему именно колодец? В этом должен быть смысл…
– Я больше не под замком? Отлично, – произнесла я, выпив чай и не притронувшись к остальным блюдам. – Пожалуй, прогуляюсь в библиотеку.
Альма только открыла рот, чтобы вызваться сопровождать меня, как я решительно пресекла эту попытку. То, что я собиралась искать, вовсе не предназначено для посторонних глаз, даже если ими окажутся глаза сестры, в преданности которой я не сомневалась. Слишком велик риск втянуть её в смертельно опасную игру. Алая роза вышла из тени, она понимает, что её заметили, и теперь ни перед чем не остановится!
По дороге в библиотеку я никого не встретила, кроме слуг и несших вахту охранников. Доступ к обширным знаниям, скопленным в Драгском замке за несколько столетий, мне был разрешён ещё раньше, поэтому никаких препятствий я не ожидала.
Всё, что надо: посидеть в тишине и одиночестве день, может, два. Я была уверена, что найду ответ или то, что натолкнёт на него.
Но оказалось, что в библиотеке уже был посетитель.
– Ваше высочество, – произнесла я, делая реверанс. – Простите за вторжение, я не знала, что вы здесь, и немедленно удалюсь.
– Нет! Останьтесь, Хильда, – произнесла Софи, откладывая толстую книгу, по обложке которой я узнала «Историю Северного королевства». – Я сама виновата, предупредила охрану, чтобы та не говорила вошедшим, кто здесь находится. Хотела таким образом застать врасплох ярла Виннесона, библиотекаря, и кое о чём его расспросить.
Принцесса говорила отрывисто, сбивчиво, оглядываясь то на стеллажи, заполненные книгами, то на столик, освещённый магическим шаром, заключённым в лампу. На нём уже лежали три толстенные книги, раскрытые на страницах с картами и магическими иллюстрациями, которые менялись, если текст устаревал и больше не соответствовал действительности.
– Как только Рагнар женится, я уеду, – произнесла Софи, и её пухлые губы дрогнули в почти детской обиде. – Должна буду ехать. Навсегда.
– Мне очень жаль, ваше высочество, – искренне произнесла я, чувствуя себя неловко и одновременно прекрасно понимая девочку-принцессу, которой пришлось труднее многих.
Братья гораздо старше её и вряд ли готовы слушать исповедь о переживаниях подростка, когда вокруг заговоры и предатели. Да если бы даже они захотели, то вряд ли поняли бы, что так смущает Софи, вынужденную уехать на чужбину, чтобы стать залогом мира и гарантом торговли между двумя королевствами. Ирония в том, что оба выбирают себе жён по сердцу, а у девочки нет ни матери, ни старшей сестры, которая могла бы её выслушать и найти слова утешения.
