1
Беляк возвращался в казарму приятно возбужденный. Шагал и насвистывал веселый мотив. Наступающая ночь была по-весеннему теплой. Небо над головой усыпано звездами, похожими на огни далекого большого города. Он думал о Лиде. Она ему понравилась.
Обгоняя его, группами и в одиночку в казарму торопились курсанты. Все произошло внезапно. Резкий и сильный удар по затылку. Второй — в лицо, под глаз.
Александр опешил. За что? Почему?
Однако он не растерялся. Раздумывать было некогда. И отреагировал молниеносно. От третьего удара ловко увернулся и в ответ ударил в стычка, как говорят боксеры, прямым встречным.
— А-а! — глухо завопил один из нападавших и, прижимая ладони к лицу, отвалил в сторону.
Оставалось их еще много.
По нашивкам определил — напали на него старшекурсники. Другие курсанты, с младших курсов, не вмешивались и, делая вид, что не замечают драки, торопливо проходили дальше. А Ляшко и Колышев все еще были на проходной и ничего не видели.
Выяснять причину нападения Александру было некогда. Да его никто бы и не стал слушать. Надо было, как говорили ребята еще в родной Ломовке, быстро и достойно «отмахиваться». Другие аргументы сейчас не принимались. И Александр ловко и вполне «результативно» орудовал кулаками. Отвалили еще двое, а третий, тихо матерясь, уползал в сторону.
— Отставить!
Резкий и властный голос заставил нападавших опустить руки. Но от Беляка они не отступили. Голос принадлежал не офицеру, не командиру, ибо в таком случае все бросились бы в разные стороны.
— Отставить, я сказал!
Александр узнал старшекурсника Витюню по кличке «Жиган». Меж курсантами ходил слух, что он связан с блатным миром и дружен с ворами в законе, которые «крышуют» город. Был Жиган парнем рослым, крепким, заядлым драчуном и местным «авторитетом». Его побаивались и сторонились.
— Санька, это ты? — спросил Жиган.
— Ну, я! — ответил Беляк, готовый в любой миг отразить нападение.
— Что за базар? — спросил Витюня.
— Так надо, Жиган! — твердо ответил один старшекурсник, видимо тот, кто организовал нападение.
— Не темни!
— За дело!
— Санька, ты виноват перед ребятами? — этот вопрос Витюня задал Беляку.
— Ни в чем не виноват! — выпалил Александр. — Напали, как шпана, из-за угла!
— А за шпану еще ответишь! — погрозил главный заводила.
— Санька мой кореш! — объявил Жиган и встал с ним рядом. — Кто его тронет, тот будет иметь дело со мной! Ясно я сказал?
— Ну, ясно, Жиган…
— Так почему базар? — снова спросил Витюня.
— Он на танцах стал кадрить Лидку, а на нее давно глаз положил Серый, — пояснил заводила, — вот мы и порешили отбить у него охоту ухлестываться за чужими девахами.
— Так это было? — спросил Витюня у Александра.
— Я ее не кадрил! До этого вечера я ее вообще не знал. А когда объявили «дамский танец», она подошла и меня пригласила. Вот как было дело! — пояснил Беляк и спросил. — А кто б из вас мог отказать?
— А потом кто с ней весь вечер крутил танцульки? — зло выпалил заводила.
— Если меня приглашает девушка, то я никогда не отказываюсь, — ответил Беляк.
— Тут все чисто, — заключил Витюня и спросил. — А Серый давно с ней кадрится?
— Он положил на нее глаз, а она все время его бортует, — пояснил заводила, — а мы его поддерживаем и отшиваем каждого, кто к ней, к Лидке, подкатывается.
— Понятно! — усмехнулся Витюня. — Ну и дуролобы вы! Насильно любить не заставишь. Пустое это дело!
— А может и не пустое, Жиган, — попытался оспаривать заводила, недовольный таким поворотом событий.
— Кончай базар! — властно произнес Витюня. — Слушай меня! На этом ваше бессмысленное преследование Лидки закончено. Так и передайте Серому. Разве мало девах в Сызрани?
— Пока не жалуемся, Жиган! На всех хватает.
— А она, та Лидка, теперь навсегда свободна! Пусть сама выбирает себе парня. Ясно я сказал?
— Понятно! — почти хором отозвались усмиренные старшекурсники.
— А кто хоть пальцем тронет ее или Саньку, тот будет иметь дело лично со мной! — пригрозил Витюня и тут же, уже другим, мирным тоном, добавил. — А теперь побежали, а то запоздаем на вечернюю поверку!
2
С Витюней Александр познакомился на первом курсе, когда отбывал наказание на гауптвахте. Тогда он умудрился отсидеть на «губе» в общей сложности почти месяц, точнее 27 суток, и стал своеобразным «рекордсменом» по этой части…
