Фурий поклялся тогда, победитель этрусков, поставить Древний твой храм, и свое он обещанье сдержал; Дело в том, что с оружьем в руках отложилась от знати Чернь, и грозила уже римская Риму же мощь.
С этим обещанием связана небольшая тайна: благодарные люди избавили старого диктатора от принятого им обязательства и обещали ему, что они исполнят обет вместо него, однако по некоторым причинам сделать им этого не удалось. Место, предназначенное для храма, находилось на Форуме под Капитолийским холмом. Оно долгое время оставалось свободным. Во II веке, наконец, построили храм. По горькой иронии это случилось после того, как сенаторы убили одного возмущенного трибуна.
Принятые законопроекты не до конца разрешили крупнейшее противоречие между патрициями и плебеями, поэтому в Риме предприняли дальнейшие меры для достижения общественного спокойствия. Несмотря на благие намерения законодателей, проблема долгов осталась. В 326 году в результате скандала власти пересмотрели условия долговой зависимости (nexum). Один привлекательный юноша продал себя в рабство кредитору своего отца. Кредитор расценил красоту юноши в качестве доплаты к долгу и попытался соблазнить новоприобретенного раба. Однако, встретив сопротивление, он велел раздеть его и высечь. Исполосованный розгами, юноша выбежал на улицу. Около него собралась разъяренная толпа и двинулась в сенат, чтобы решить это дело.
Консулы, потрясенные случившимся, согласились с мнением народа. Они вынесли на рассмотрение народного собрания закон об ограничении долговой кабалы (nexum). Теперь кабала становится возможной только в крайних случаях, которые, кроме всего прочего, должны рассматриваться в суде. Как правило, возмещение долга теперь производилось за счет имущества должника, а не за счет посягательства на его личность. Это означало отмену долгового рабства, и, как восторженно написал Ливий, «простой народ словно заново обрел свободу».
Именно в этот момент мы встречаемся с первой подлинно исторической и существовавшей на самом деле личностью в истории Рима. Это был Аппий Клавдий Цек, или «Слепой» (к концу своей долгой жизни он потерял зрение). Он, как и многие представители его рода, отличался высокомерностью и был крайне неуживчив. Будучи индивидуалистом до мозга костей, Аппий написал сборник сентенций, крылатых поучительных выражений в стихах. Самое известное из них — «Каждый сам кузнец своей судьбы».
Богатый патриций Аппий Клавдий два раза становился консулом и один раз диктатором. Будучи радикальным популистом, он всегда стремился завоевать расположение у народных масс. Аппий являлся убежденным сторонником плебеев, в частности он показал это в 312 году, когда занимал должность цензора. Каждые четыре года избирали двух цензоров, которые исполняли свои обязанности в течение восемнадцати месяцев. Цензорами обычно становились бывшие консулы, и хотя они не обладали верховной властью, их влияние было огромно. Достижение этой должности считалась у римлян вершиной карьеры.
В обязанности цензоров входили следующие функции. Первая состояла в том, что они должны были составлять и вести полный список римских граждан. Вторая функция — надзор за соблюдением нравственности. Если оба цензора считали, что какой-то гражданин заслужил осуждение, то они излагали причину этого и отмечали его имя в списке. Это приводило к исключению его из трибы и лишению избирательных прав. Иногда на протяжении II, III и IV веков, цензоры выполняли обязанности консулов и назначали сенаторов, которые оставались в сенате до конца своих дней (в течение долгого времени порядок членства в сенате определялся ранее занимаемыми должностями). Цензоры также рассматривали поведение сенаторов и исключали из числа сенаторов тех, кто, по их мнению, вел себя недостойно.
Аппий Клавдий воспользовался моментом. Его основная цель состояла в том, чтобы включить плебеев в общественную жизнь, особенно он стремился защищать интересы беднейших слоев — безземельного городского населения. Этих людей называли «занесенными в списки только по наличию правовой самостоятельности» (capite censi). Они были так бедны, что не имели никакой собственности, которую можно было оценить в переписи, и поэтому не привлекались к военной службе. Раньше ни один реформатор не пытался помочь этой группе людей.
