Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 67
нет еще десяти лет, могу насмешить своего сына, но это будет очень короткий успех. Мой формат рассчитан на людей постарше. Хотя на афише мы пишем «12+», потому что у меня территория без мата.
По сути, я – одиночка. Даже когда в течение нескольких лет достаточно регулярно принимал участие в съемках программы «Аншлаг», все равно не считал себя какой-то деталью или составной частью команды. Я приходил, принимал участие, и дальше наши пути расходились. В какой-то момент перестал участвовать в этих съемках, но от этого не стал плохо относиться и никогда не позволю себе как-то уничижительно отозваться о тех, кто создавал эту программу.
Что же касается того, как проще, то, наверное, сколько юмористов, столько и способов нахождения своего места. Есть и командные виды спорта, и есть индивидуальные. В юморе мне комфортнее одному, при этом я представляю себе, что могу сделать номер с каким-то другим артистом одноразово. Кстати говоря, у меня был опыт, я сделал очень симпатичный номер с Леной Воробей, но это не значит, что мы были привязаны к сделанному. Просто у нас получилось, это имело успех, и все на этом закончилось. Я бы с удовольствием, может быть, сделал еще номер с кем-либо из известных людей.
Есть пародии, а есть юмористические монологи. Я пародию по-прежнему очень люблю и ни в коем случае не открещиваюсь от этого жанра, но, получается, на сегодня мне ближе импровизационный юмор. Я уже не исполняю написанные заученные произведения. А работаю в таком жанре, который для себя назвал юмористическим караоке. Это не совсем стендап. Я втягиваю широкие народные массы в совместное творчество. Для меня кульминации успеха – это когда люди у меня и друг у друга начинает выхватывать микрофон, желая проявить себя. Не в телепередачах, разумеется. Это такой клубный формат, и он не рассчитан на аудиторию из тысяч человек. Это может быть сто – двести человек. Более камерный формат юмора, и именно он мне стал как-то ближе и дороже.
Я стараюсь задействовать аудиторию, и мне уже неинтересно просто рассказывать выученные монологи. Мне интересна импровизация.
Многие думают, что алкоголь помогает немного раскрепоститься, поймать кураж, но алкоголь в этом плане опасен тем, что ты начинаешь казаться себе абсолютно неотразимым, теряешь самокритичность, и кажется, что все, что ты говоришь, это смотрится гениально, а на самом деле это может быть совсем не так. Любой искусственный допинг тут неуместен, ведь юмор – это игра ума, и если тебе есть о чем порассуждать, если тебя что-то волнует, то ты должен сделать так, что это будет интересно и многим другим людям, а не только тебе. А если ты шутишь о том, что знаешь только ты и что твоей аудитории неизвестно, то тут никакой допинг не поможет.
Интересный факт: австралийские ученые пришли к выводу, что люди, которые работают в жанре «stand-up comedy», живут меньше, чем любые другие артисты эстрадного жанра. Эксперт Саймон Стюарт проанализировал данные нескольких групп артистов, где 200 работали в жанре stand-up (87 % мужчин), 114 были комедийными актерами (82,5 %), а 184 человека играли драматические роли (70,7 % представителей сильного пола). И в ходе исследования выяснилось, что stand-up артисты умирают в среднем в 67 лет, тогда как комедийные актеры живут немногим дольше (68,9 лет), а средний возраст смерти драматических актеров – 70,7 лет. Ученый связал такие данные с тем, что у комиков чаще фиксируются психотипические особенности, например маниакальное-депрессивные наклонности и другие шизофренические черты, и такое поведение в среде юмора даже поощряется. Также Стюарт отметил, что жизнь драматического актера более стабильная: нет ночных выступлений и бесконечных переездов с места на место. Вследствие этого юмористы более склонны к нездоровому образу жизни, который приводит к проблемам с сосудами, ожирению и даже диабету.
Я, честно говоря, сам никогда с такой статистикой не сталкивался. Возможно, если оперировать цифрами, то на ум сразу приходит Аркадий Исаакович Райкин, который ушел из жизни в 76 лет. Задорнову было всего 69 лет. Еще можно вспомнить ранний уход из жизни Яна Арлазорова и трагический уход Миши Евдокимова – наверное действительно получится грустная статистика. Но и примеров того, что артисты живут очень долго и даже выходят на сцену, когда им «за восемьдесят», – масса. Есть Чарли Чаплин – он прожил 88 лет. Или возьмите великого Владимира Михайловича Зельдина, которой в 101 год был действующим актером. Еще можно назвать Михаила Жванецкого – ему было 86 лет. Или вот пример: побывал тут на премьере нового фильма Вуди Аллена – это гениально! Человеку «под девяносто», но качество его фильмов не идет вниз, он себе этого не позволяет. Мне кажется, что и в юмористическом жанре человек может сохранять творческий тонус и долго продолжать оставаться лидером.
С другой стороны, возможно, что человек, который оперирует юмором, какими-то человеческими пороками, не совсем чистоплотными материями, настолько пропускает это через себя, через нервную систему, через сердце, что это укорачивает ему жизнь. Если это так, то это очень грустно, но, с другой стороны, – это добровольный выбор каждого из нас.
Часть четвертая
Грушевое варенье
Шутки и розыгрыши
На мой взгляд, любой розыгрыш не должен быть жестоким. Он не должен унизить человека или повергнуть его в негативное состояние. Для меня розыгрыш – это нечто безобидное, нечто не зловредное и не унижающее человеческое достоинство.
Как нащупать эту грань? У каждого своя шкала измерения степени жестокости. Вот сейчас, например, очень популярны пранкеры, но я бы так не смог, настолько раздевать людей, вытаскивать грязное белье. Но это такое современное явление, а я могу разыграть лишь до определенных границ, чтобы человек купился на какой-то поворот, чтобы человек как-то отреагировал, а дальше я обязательно сам себя разоблачу. Как в романе «Мастер и Маргарита», когда от Воланда стали требовать сеанс разоблачения магии. Я – человек доброго юмора, и мне кажется, что может на какой-то короткой дистанции торжествовать злобный юмор, юмор ядовитый, но жизнь – это дистанция длинная…
Я, например, никогда не разыгрывал своих знакомых в «день дурака». На мой взгляд, это слишком формально. И, наверное, у меня даже не получатся постановочные розыгрыши, я не столь коварен и кровожаден для них. А вот разыграть приятеля чьим-нибудь голосом – это пожалуйста! К этому я всегда готов. Помнится, даже в школе и в институте я пренебрегал 1 апреля. Поскольку сейчас я профессиональный юморист, то имею полное право шутить и
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 67
