Но реабилитация ждала не каждого и не оформлялась автоматически. Существовало безусловное правило: искупить вину, вновь обрести честное имя и снять пятно судимости штрафник мог только активными, героическими действиями на поле боя.
А. В. Беляев:
Шла реабилитация только тех штрафников, которые искупили свою вину непосредственно в бою. Насколько я помню, у нас не было ни одного случая, чтобы реабилитировали тех, кто не участвовал в боях.
Если за время пребывания в штрафной части военнослужащий не смог отличиться, он, отбыв положенный срок, покидал штрафную часть, но реабилитации не подлежал. Вот — пример. 10 сентября 1944 г. председатель военного трибунала 1-го Украинского фронта генерал-майор юстиции Подойницын сообщил командиру отдельного штрафного батальона, что определениями трибунала отказано в освобождении от наказания и снятии судимости 19 лицам, поскольку «представленные на них данные показывают, что они за период пребывания в дисциплинарном батальоне после осуждения ничем особым себя не проявили». А раз так, то и после завершения срока пребывания в штрафбате они реабилитацию не получали.
Будучи переведенными в обычные стрелковые части, они по-прежнему считались отбывающими наказание. Председатель военного трибунала фронта разъяснял: только в случае, «если они в новой части проявят себя стойкими защитниками Родины, то по ходатайству командования части военный трибунал фронта снова рассмотрит о них вопрос и новым определением трибунала они могут быть полностью освобождены от отбытия наказания по приговору со снятием судимости»[105]. Так что пассивно «мотать срок» в штрафбате было явно бесперспективно.
Случалось, что и отличившимся в боях реабилитация даровалась не сразу, а с оттяжкой во времени.
Н. Тарасенко:
По ходу боя я и двое моих сотоварищей оказались на левом фланге цепи батальона и своим интенсивным огнем обеспечили успешную атаку. Бой для нас был закончен, успех батальона был подхвачен и развит пехотными частями. Меня и двоих моих товарищей отозвали в штаб батальона и объявили амнистию.
В сумятице фронтовых дорог я нашел свой полк. Он понес большие потери. Пришло пополнение, и приказали формировать взвод. Начались тяжелые, с большими потерями бои в предполье Кенигсберга. В боях получил контузию, ранение. От госпитализации отказался.
День Победы встретил в эшелоне. 9 августа 1945 г. объявлена война Японии, и полк перешел границу Маньчжурии. Хубей, Бамянтунь, Муданьдзян, Харбин — этапы этой молниеносной войны. По окончании боев я был отозван. За проявленные стойкость, героизм в боях в Восточной Пруссии и в войне с Японией решением трибунала полностью Освободили от отбытия наказания со снятием судимости.
Приказы о восстановлении штрафников в правах офицерского состава и воинских званиях издавались на основе ходатайств командиров штрафных частей и составлялись отдельно по следующим категориям: погибшие, раненые, освобождаемые досрочно за подвиги на поля боя, полностью отбывшие срок.
Вот пример по 1-му Украинскому фронту. 19 июля 1944 г. командир 9-го ОШБ гвардии подполковник Лысенко ходатайствовал перед военным советом фронта о реабилитации 91 военнослужащего в связи с тем, что они «показали себя в боях с немецкими оккупантами дисциплинированными, проявили при этом храбрость, мужество и искупили свою вину перед Родиной». Приведены подробности боев, действия в которых дали основания командиру штрафбата для подачи ходатайства. В течение четырехдневного боя группа штрафников, поддерживая 151-й полк 8-й стрелковой дивизии, овладела и закрепилась на безымянной высоте в районе села Млодятый Станиславской области. 11 контратак немецкой пехоты в сопровождении самоходных орудий, поддержанных артиллерийско-минометным огнем, отразили штрафники, уничтожив при этом 200 вражеских солдат и офицеров, два танка, девять станковых пулеметов.
