Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 75
Но мутации можно использовать для построения генеалогического древа человечества. Если частота возникновения мутаций известна то, по накопившемуся числу различных мутаций в ДНК потомков можно определить, какое время отделяет их друг от друга и от предков. Для этого, правда, можно использовать только те участки ДНК, которые не обмениваются основаниями с ДНК, полученными от другого родителя. К ним относится митохондриальная ДНК и не дублирующийся участок Y-хромосомы. Кроме того, нужно знать, как выглядел код этого участка в исходной ДНК. Его можно определить по различиям в этих участках ДНК наших современников, и по ним же построить их генеалогическое дерево. Чем больше число отличий в коде двух людей, тем раньше разошлись их родословные.
Поскольку повреждения оснований носят случайный характер, а число их ничтожно по сравнению с неповрежденными, то повреждения в различных генеалогических линиях будут различны. Если эти отличия исключить, заменив теми, которые наблюдаются в большинстве других линий, то тем самым мы восстановим первоначальный вид соответствующего участка ДНК Праотца или Праматери, если их было всего двое.
Y-хромосома содержит 60 миллионов оснований. Причем 90 % из них не дублируются спаренной с ней Х-хромосомой и могут быть использованы для генеалогических исследований по мужской линии [38, 196]. Но искать мутировавшие основания среди 60 миллионов сложно. Более удобным объектом для исследований оказалась митохондриальная ДНК. Она содержит всего 16,5 тысячи оснований, и они не дублируются. Кроме того, митохондриальная ДНК содержит участок, состоящий примерно из 500 оснований, информация которого ни на что не влияет. Его-то и использовал в своих исследованиях Сайкс. По его расчетам, одна мутация на этом участке происходит в среднем один раз за 10 тысяч лет.
Рис. 30. Генеалогическое древо человечества
В результате исследований Сайкса и других генетиков было установлено, что все люди, живущие сегодня на Земле (во всяком случае, тысячи случайно выбранных людей различных рас и национальностей, подвергшихся исследованиям), происходят от одной-единственной женщины, жившей примерно 150 тысяч лет тому назад в Африке. Генетикам удалось построить генеалогическое древо, отражающее степень родства людей, проживающих в различных регионах Земли. Оно показано на рис. 30 [38, 280–281].
Рис. 31. Генеалогический куст европейцев
Людей, объединенных происхождением от одной женщины, назвали «кланом», а для того, чтобы их различать, каждой прародительнице клана дали условное имя. Для жителей Европы Сайкс построил генеалогическую схему, которая приобрела вид куста, состоящего из семи отдельных групп населения — кластеров, каждый из которых происходит от прародительниц, вышедших из различных кланов. Эта схема показана на рис. 31 [38, 277].
По числу накопившихся повреждений ДНК в каждом кластере он вычислил время, в которое жили их прародительницы.
На основании своих вычислений Сайкс решает вопрос о том, какая часть европейцев происходит от лесных собирателей и охотников, которых в книге «Великая Скифия: история до Киевской Руси» мы назвали аборигенами Европы, и какая — от земледельцев, пришедших в Европу семь с лишним тысяч лет назад, которых мы определили как полян или пеласгов40 [75, 127–146].
«Шесть старых кластеров можно было встретить по всей Европе, хотя некоторые из них попадались в одних местах чаще, чем в других. Молодой кластер, напротив, дал совсем другое распределение. Он разделился на две ветви, набор мутаций в которых слегка различался. Одна часть шла с Балкан через венгерские равнины и по долинам рек Центральной Европы к Балтийскому морю (северо-восточная ветвь оставила археологические памятники, известные под названием Трипольской культуры — В.Я. ). Вторая была приурочена к побережью Средиземного моря до Испании, затем ее следы прослеживались в Португалии и шли вверх по Атлантическому побережью к западной Британии.
Эти две генетические линии в точности соответствуют маршрутам движения самых первых земледельцев-скотоводов, если верить данным археологии… Бросок с Балкан начался около семи с половиной тысяч лет тому назад. Его можно проследить по присутствию на этих ранних стоянках глиняной посуды, оформленной в характерном стиле, который называется линейно-ленточным. Сосуды украшались геометрическими узорами, прорезанными в глине. Раскопки, где была обнаружена линейная керамика, расположены в Центральной Европе именно там, где по сей день все еще сконцентрирована одна из ветвей нашего молодого кластера.
В центральном и западном Средиземноморье стоянки древних земледельцев характеризовал другой стиль глиняной посуды.… И вновь распределение такой посуды с оттисками безоговорочно совпало со второй ветвью молодого кластера.… Молодой кластер составляет самое большое 20 % всех современных европейцев.… Если самый молодой кластер действительно представлял собой эхо доисторических крестьян, тогда этот след должен был встречаться на Ближнем Востоке с большей частотой, чем в Европе. В то время мы располагали только несколькими последовательностями из этого региона — они принадлежали бедуинам из Саудовской Аравии.
По нашим данным, в молодой кластер попадали всего до двадцати процентов европейцев и добрая половина бедуинов» [38, 153–154].
Сказанное выше дает еще одно независимое подтверждение картине распределения древних этносов на территории Европы, нарисованной нами в книге «Великая Скифия: история до Киевской Руси».
Проведенные генетические исследования не выявили еще более молодого и многочисленного европейского этноса — кельтов, происходящих, по нашему мнению, от мужчин египетского гарнизона армии Рамзеса II, оставленного им в Скифии в конце XIII века до н. э., и местных женщин полянского (пеласгийского) племени. Этот этнос был вытеснен скифами в основном в Западную Европу в VII веке до н. э. [75, 90–99]. Карта распределения в Европе памятников гальштатской культуры V века до н. э., принадлежащей кельтам, показана на рис. 32 [39, 52]. Но египетский след кельтов не мог быть выявлен проведенными генетическими исследованиями, так как они проводились по женской линии, а новоприбывшие были мужчинами.
Рис. 32. Распространение гальштатской (кельтской) культуры в Европе
Генеалогические исследования по мужской линии намного сложнее. Они еще не освоены в достаточной степени для того, чтобы ответить на вопрос: происходим ли все мы от одного предка и по мужской линии? Но зато обещают принести намного больше информации об истории человечества. По многим древним преданиям, в том числе по Библии, сыны божьи вступали в связь с земными женщинами и имели от них детей. Если это так, то многие из нас потомки не Адама, а различных богов. А некоторые археологические данные и исторические сведения говорят о возможном смешении потомков кроманьонцев и неандертальцев, которые не отразились в митохондриальной ДНК.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 75
