«Обо мне правда говорят в Раю? Меня вообще вспоминают? Надеюсь, мои вещи никто не трогал?»
Кассиил вынул карту и увидел белые помехи. Убрал карту. «Я видел его лицо. Он в Голливуде. Я уже близко».
Он отвернулся от бывшего места хранения шкатулки и начал длинный путь по городу. У него за спиной послышался звук, как будто лопнуло несколько шин разом.
Двадцать три
Бэйлисс, Нельсон и Зальцман вышли из офиса, оставив Купа наедине с Жизель. Такого не случалось уже больше двух лет. Честно говоря, Куп вообще ни разу не оставался наедине с женщиной с момента ареста. Жизель сидела на столе рядом с дверью, в которую она вошла. Куп прилип к стулу. Между ними было не меньше двадцати футов. Он предпочел бы увеличить это расстояние до двадцати миль, но это было не так просто.
– Как поживаешь, Куп? – спросила Жизель.
– Меня шантажирует правительство. А ты как?
– Не драматизируй.
– Поверь, я ни капельки не преувеличиваю. – Он напряженно посмотрел на Жизель.
– Что?
– Забавно. Только позавчера я рассказывал Морти, что у меня украли камень Контего. Не знаешь, где он?
Жизель пожала плечами и провела ногтем по царапине на столе.
– Я его не крала. Просто… позаимствовала. Максимально жестко.
– Великолепно. Я бы мог его использовать в паре дел. У меня не всегда есть Взломщик, который открывал бы мне двери. Ты сильно усложнила мне жизнь.
– Прошу прощения, – сказала она, – но взгляни на это с другой стороны. Моя-то жизнь стала легче.
– Мне от этого должно стать приятнее?
– Мне ни разу не приходило в голову сделать тебе приятно.
– Зачем он тебе вообще? – вздохнул Куп. – Ты можешь затуманить разум кому угодно и войти куда хочешь.
– Ага. А если вокруг никого нет? С камнем быстрее.
– Ах да, конечно. Раз у тебя стало больше времени на скрапбукинг или чем ты там сейчас занимаешься, я спокоен.
Жизель скрестила ноги и посмотрела на Купа.
– Говорят, тебе пришлось посидеть немного? Жаль.
Куп взял со стола карандаш, подкинул его и поймал в воздухе.
– Ага. Немножко.
– Сколько?
– Ты работаешь на «Гидру»[8], так что наверняка знаешь ответ.
– Я просто пытаюсь с тобой поговорить. Восстановить отношения. Все такое.
Куп подбросил карандаш, поймал его и уронил на стол. Раскрутил там, как будто играл в грустную одинокую «бутылочку». Сердце уже перестало проламывать ребра, но все еще рвалось на свободу. Лучше с Купом, но можно и без него.
– Чтобы восстановить отношения, пришлось послать ударный отряд похитить меня на улице? – спросил Куп.
– Это была не моя идея, – покачала головой Жизель.
– Но тебе было все равно.
– Ну… я бы не отказалась увидеть твое лицо. – Жизель наклонила голову набок.
Куп раскрутил карандаш, который упорно указывал на него.
– Так что, ты теперь работаешь на А.Н.К.Л?[9]
Жизель принялась болтать ногами.
– Прямо как ты. Я провалила дело, и Департамент сообщил мне, что я могу присоединиться к ним или мыть сортиры в тюрьме следующие пятьдесят лет.
– Пятьдесят лет? Мне грозили пожизненным. Наверное, ты им понравилась.
– Это случается с людьми.
– Не бойся, это пройдет.
Она перестала болтать ногами.
– Ты искал меня после того, как я ушла?
– Я бы искал, но это помешало бы мне бухать и лежать на полу в позе эмбриона.
