Гораздо сильнее должен был встревожить правительство банкет, состоявшийся месяцем позже, во вторник 9 марта 1821 года, в Лионе. Между тем, если верить префекту, мероприятие было ничуть не опасным:
Скандальная сцена, случившаяся 9-го числа, имела лишь одно-единственное последствие: особа, ставшая ее предметом, а равно и актеры, опустившиеся до участия в ней, были опозорены и подняты на смех. Право, нельзя было придумать ничего лучшего, чтобы выставить себя на посмешище и окончательно замараться. В этом отношении власти могут поистине поздравить себя с этой резкой выходкой, которая сделала их настолько же более сильными, насколько более смехотворной она сделала партию [разумеется, либеральную][224].
В таком случае непонятно, отчего же местная администрация — судя по ее переписке с Парижем — так сильно встревожилась. Непонятно также, отчего годом раньше местные власти предприняли значительные — и, между прочим, увенчавшиеся успехом — усилия, чтобы вынудить лионских либералов отказаться от организации подобного приема. А поскольку сами либералы, со своей стороны, были весьма удовлетворены тем, как прошел банкет, и даже увековечили его в брошюре («Праздник, устроенный лионцами в честь г-на Корселя») и литографии, следует присмотреться к этому мероприятию повнимательнее[225].
В самом деле, в августе предыдущего года префект, граф де Лезе-Марнезия, и начальник лионской полиции выбивались из сил, стремясь отговорить главных лионских либералов от устройства большого приема в честь депутата Корселя.
Кто был этот герой праздника? Клод Тиркюи де Корсель, депутат от департамента Рона, представлял собой политическую фигуру довольно оригинальную, но в эпоху Реставрации не уникальную среди либералов благородного происхождения. Родился он в Глезé, во время Революции эмигрировал и даже сражался в рядах армии Конде; но, вернувшись во Францию в 1799 году, отошел от политики и во время Империи вел жизнь сугубо частную. Из тени он вышел в 1814 году и, по-видимому движимый патриотическим чувством, предложил Ожеро свою помощь в деле защиты Лиона от врагов. Во время Ста дней Корсель сделался полковником лионской национальной гвардии, а затем поплатился за этот нелепый жест двумя годами изгнания. Этих двух лет он Бурбонам так и не простил, а когда в 1819 году его избрали депутатом от департамента Рона, в первой же парламентской речи потребовал возвращения изгнанников, а в 1820 году публично выступил против ограничений индивидуальной свободы, за которые палата проголосовала после убийства герцога Беррийского, и против цензуры. Близкий к Лафайету, Корсель принял участие в заговоре 19 августа 1820 года; осенью 1821 года он и его сын Франсуа были тесно связаны с карбонариями, замышлявшими восстание. Об этом знали не все лионские либералы, но никто из них не сомневался в том, что перед ними непримиримый противник режима.
Лионцы хотели устроить своему депутату прием, который бы ни в чем не уступал приему, устроенному в Мюлузе генералу Фуа. Было решено, что почетный гость въедет в город в коляске через Везские ворота и следом за многочисленной группой всадников, в окружении толпы — как предполагалось, также очень многочисленной — направится к ратуше на площади Терро, в самом сердце города. Именно здесь, в большой зале гостиницы «Север», в его честь будет устроен банкет. А после банкета весь кортеж двинется в сад «Французские горы», расположенный на другом берегу Роны, в квартале Бротто. Там будет пущен фейерверк. Организаторы праздника приняли все возможные предосторожности ради того, чтобы банкет прошел без происшествий и не дал ни малейшего повода для злословия. Банкет был посвящен не только Корселю, человеку вспыльчивому, от которого можно было ждать любой выходки, но и памяти скончавшегося в прошлом году Камиля Жордана, депутата от департамента Эн. Жордан, один из величайших ораторов левой, как выражались в ту пору, был таким же убежденным роялистом, как и последовательным либералом. Отдавая дань его памяти, организаторы банкета рассчитывали привлечь на свою сторону умеренных избирателей и избежать каких бы то ни было крайностей. Место для банкета избрали самое респектабельное и открытое:
