Но богами любимКорону отвергший,Распявший себяНа ветвях Иггдрасиля!
Раз за разом Родин шепотом повторял эти строки, но ни на дюйм не приближался к пониманию.
– Чертовщина какая-то! – досадливо произнес он себе под нос и поднял голову. На обоих берегах начинались рабочие предместья какого-то крупного города.
«Распял себя на ветвях древнего ясеня вроде бы сам Один, – припомнил Георгий уроки профессора Смородинова, – и глаз он тоже пожертвовал, чтобы получить мудрость и научиться меду поэзии. То есть это единственный понятный кусок в этой висе, или как там ее. Что боги предпочтут мудреца, принесшего себя в жертву ради мудрости, королю или конунгу… А эти бороны, клыки – слишком непонятные метафоры…
– Куда же нас привела Висла? – спросил Георгий у Максима.
– К Данцигу, – нервно ответил кормчий. – Скоро уже устье, а злосчастного недомерка и Полюшки с Юленькой все не видать!
– Позвольте-ка мне воспользоваться вашим биноклем. Вроде бы река здесь течет прямо…
Максим молча протянул Родину футляр. Тот же моментально приник к окулярам и повел их по линии соприкосновения воды и воздуха.
– Вот! Вот! – Георгий закричал, тыча пальцем вниз по реке. Протянул бинокль его владельцу. – Сами посмотрите – до них верст восемь, не больше!
Максим жадно схватил бинокль и вперился взглядом в даль.
– Да, пять миль ходу до стервеца, – удовлетворенно проговорил он. Впервые за долгое время он посмотрел на старшего товарища прежним открытым взором. – Мы их догоним через пару часов. Есть все же на свете справедливость, и я своими руками вырежу его проклятое Богом сердце!
Прогноз Максима оказался чересчур оптимистичным. В самом устье Вислы до яхты карлика оставалось еще не меньше мили. И его команда наконец-то заметила погоню. Немедленно поднялся и раскрылся второй парус. Судно заметно прибавило ходу. «Тевтон» перестал нагонять похитителей. А вскоре расстояние между двумя яхтами начало увеличиваться. Беглецы держали курс в открытое море и явно надеялись затеряться на просторах Балтики.
Отчаяние Максима было велико, как колокольня Ивана Великого. Он то и дело кидался к парусу, пытаясь расправить его как можно шире. Поминутно менял галс в надежде поймать больше ветра. Но тщетно. Родин сохранял присутствие духа.
– Как вы определите их курс? – деловито вопросил он у шкипера.
– А? Что? Курс? – заполошно ответил Максим, глядя перед собой невидящими глазами.
– Посмотрите внимательно, в каком направлении они движутся, – это очень важно понимать!
– Норд! Они идут строго курсом норд!
Родин на секунду задумался. Он старательно восстанавливал в памяти карту Балтийского региона.
– Они движутся в сторону Швеции или Финляндии, – скорее заявил утвердительно, нежели вопросительно, доктор.
– Да-да. Но они могут пристать к любому берегу, если мы их упустим – море не хранит следов! – с отчаянием воскликнул Максим.
– Спущусь вниз, поищу карты, – успокаивающе ответил Родин. – Рано или поздно они будут вынуждены пристать к берегу. А там мы найдем их след. Вся хитрость – попытаться вычислить, куда они могут направляться.
