Горечь – это выражение продолжительного разочарования. Разочарование может прийти извне. Но вот как долго оно останется с вами, решать исключительно вам.
Йошка Брайтнер. Замедление на полосе обгона – курс осознанности для руководителейКогда между мной и Катариной установилась гармония, мы с Эмили отправились в путь. Катарина попросила меня каждые два часа растирать Эмили грудь какой-то детской мазью с ментолом, так как у нее были легкие симптомы простуды. Я взял мазь, взял Эмили, и мы поехали на трамвае на детскую площадку в городском парке. Вчера мне там очень понравилось. Множество турников, горок, качелей. И повсюду масса песка. А еще эспрессо-бар со множеством пакетиков соевого молока для увеличивающегося с каждым годом числа мамочек, любительниц латте-макиато, страдающих от всевозможных непереносимостей.
Эмили хотела прокатиться с горки. И притом одна. Чтобы показать мне, как здорово у нее получается. Так что я уселся на краю площадки и наблюдал за ней. И за другими детьми. И за другими взрослыми.
Если кто-то скажет вам, что все дети клевые, то он соврет. Ваш собственный ребенок – вот кто самый клевый. И точка. К счастью, есть еще много других детей, вполне милых. К тому же есть еще много говнюков. Таких детей, при взгляде на которых сразу понимаешь, какие уроды их родители. Но не только наружность становится причиной, по которой дети попадают в эту группу. Они требовательны, занудливы, вечно недовольны чем-то, утомляют окружающих. На детской площадке в городском парке таких детей можно было быстро вычислить по их монотонному нытью.
Кроме меня, какой-то парочки и еще одного мужчины, на площадке были одни только женщины. Парочка была из тех, что всем своим видом агрессивно транслируют окружающим: «Ха, мы счастливы». Красивые, спортивные, успешные. Очевидно, так и живущие с самого своего рождения на деньги родителей, которые семьдесят процентов своего времени уделяют внукам.
Единственный мужчина казался печальным и потерянным. Возможно, тоже не частый гость на детских площадках, он явно чувствовал себя среди женщин не в своей тарелке. Вероятно, разведен и постоянно пытается разыграть для своего ребенка маленький спектакль о беззаботных буднях, которые у него забрали.
Помимо этих троих, я обнаружил также два типа женщин: мамочек и нянек.
Мамочки – как правило, апатичные и измотанные – с вымученными улыбками опекали каждая своего единственного бойкого и веселого ребенка.
Няни – наоборот, бойкие и веселые дамочки – толкали перед собой огромные коляски, и в каждой коляске сидело по пять апатичных и измотанных детей младше трех лет.
У няни может быть до пяти детей на попечении. И если среди этих пяти попадется хоть один говнюк, то четверо других в основном будут предоставлены сами себе, в то время как няня будет вынуждена удерживать говнюка, чтобы тот не кусался, не дрался и не царапался. Или просто успокаивать его, чтобы он прекратил ныть.
Пока мой взгляд блуждал по детской площадке, я предавался этим своим мыслям и вдруг обнаружил, что, вместо того чтобы радоваться времени, проводимому с Эмили, я, полный горечи, критикую присутствующих мамочек, нянь и детей.
Спустя три минуты пребывания на детской площадке мое настроение сменилось с «Ах, как тут прекрасно!» на «Какие же они все скучные!». При этом окружающая обстановка ничуть не изменилась.
В моем справочнике по осознанности о горечи говорится следующее:
«Горечь – это выражение продолжительного разочарования. Разочарование может прийти извне. Но вот как долго оно останется с вами, решать исключительно вам. Если вы не хотите, чтобы качество вашей жизни определяли старые разочарования, то задайте себе следующие вопросы:
