Слово было подчеркнуто дважды. Я как раз собиралась спросить об этом Лиама, когда мои глаза скользнули дальше. Более неразборчивые слова. Было ясно видно только одно:
Меры: Конверсионная терапия
Я опустила папку и уставилась на Лиама.
– Конверсионная терапия? Разве это не та ужасная штука, которую раньше делали с гомосексуалами, чтобы изменить их ориентацию?
– Здесь что-то не так, – едва слышно сказал он. Что с ним вдруг случилось?
И что не так с Нероном? Был ли он здесь пациентом из-за своей сексуальной ориентации?
Я не успела углубиться в эту мысль, потому что в следующее мгновение Лиам вырвал у меня из рук папку и запихнул ее обратно в ящик.
– «Либерт», – проворчал он. – Мы ищем «Либерт».
– Я…
– Нет, – прервал он меня и наклонился вперед, чтобы дотянуться до файлов в глубине ящика. – Мы здесь по другой причине.
Я не возражала. В следующие несколько секунд мы просмотрели остальные файлы на «Л», но так и не нашли никаких следов моих родителей. Я должна была подумать о том, что это значит, должна испытывать еще больший гнев на Нерона, потому что теперь у нас были довольно веские доказательства того, что ни Кай, ни Агния никогда не являлись пациентами психиатрической клиники. Но все, о чем я могла думать, – это слова, которые я прочитала в досье Нерона. Суицидальные мысли. Конверсионная терапия. Мания…
Лиам помог мне подняться на ноги и закрыл ящики. Он тоже, казалось, был погружен в раздумья, пока мы покидали архив. Только когда он захлопнул за нами тяжелую дверь, я снова обрела дар речи.
– При чем тут это слово? Мания? Как вы думаете, у него была какая-то депрессия?
Я не очень рассчитывала на ответ, но попробовать стоило.
Лиам откашлялся.
– Ты когда-нибудь слышала что-нибудь об эйфории?
Я приподняла брови.
– Да, слышала. От Нерона и Арьи. Это явление, которое происходит, когда одаренные люди из разных стихий соприкасаются друг с другом. Это болезнь, которая якобы поразила моих родителей. Полная чушь, не так ли?
Лиам хотел отвлечь меня от темы?
– Мания – древнегреческий термин для обозначения безумия. И прежнее обозначение эйфории.
– Что?
– Я не думаю, что конверсионная терапия в данном случае имеет какое-то отношение к гомосексуализму, – тихо сказал он. – Если Нерон преследовал цель стать старейшиной, ему не нужно было рожать ребенка. Предотвращение передачи генов – единственная проблема, с которой Омилия сталкивается при гомосексуализме. Нет, это не может являться причиной. В сочетании с подозрительным диагнозом это может означать только одно.
Лиам не успел облечь свою догадку в слова, потому что в этот момент навстречу нам вышел не кто иной, как мой инвент. На нем была черная шерстяная шапка, и казалось, будто он бежал весь путь от нашего дома сюда.
Мое тело сразу же напряглось. Черт возьми, сколько времени прошло с тех пор, как я пришла в район Чой? Мобильной сети не было под землей. А его дар инвента, конечно же, по-прежнему работал безупречно.
Увидев меня, он остановился. Отец не удостоил его взглядом.
– Все в порядке? У тебя нет тренировки? – спросила я.
Уилл фыркнул.
– Я ушел с нее, сказав, что плохо себя чувствую. Ты должна немедленно вернуться! Нерон пришлет за тобой шофера через час. Я с самого начала сказал, что это глупый план!
– Как…
– Прямо сейчас! – прорычал он. – Я не знаю, что они собираются снова делать с тобой, но если они заметят, что ты пропала, мы мертвы.
⛛
При дневном свете поляна показалась мне совсем другим местом.
На травинках еще висели капли дождя от последней грозы, а мои ботинки снова и снова застревали в грязи. Было намного тише – под верхушками деревьев почти не было слышно щебетания птиц. К тому же ветра тоже почти не было.
Нерон шел впереди, за ним следовали все остальные. Майла шла поодаль с Декстоном на руках. Она постоянно бросала на меня ядовитые взгляды через плечо. Рядом с ними по траве ковыляли два парня из Идора. Одним из них был Кельвин, довольно симпатичный парень примерно возраста Дарии, который на днях пытался заехать на машине в чужой район и был пойман, второго я никогда не видела. Справа и слева от них шли одетые в голубое инвенты, которые обращали свое внимание только на Нерона. Я плелась в конце.
