«Ты вознесёшься над толпой, считая два, три и четыре. И если ты дошёл до цели, то ловок, смел ты и могуч На четвёрку похожа девять на двери твоей квартиры».
Всё необходимое Лиза написала в своем послании.
С бокалом в руке Ларри подошёл к лифту, который отвозил посетителей на этаж крыла «Парк», зашёл в него и нажал на кнопку четыре.
Он понимал, почему, отправляя ему сообщения, Лиза шифровала их. Дело было не только в склонности к драматическим эффектам. Сказывалось ещё то, что её супруг был ревнивцем, и в порыве недоверия к супруге мог и кулаком её приложить. Защищая себя от такого проявления любви, Лизе приходилось идти на конспирацию. Но это был первый раз, когда задача оказалась многоступенчатой. Раньше Ларри никогда не менял яблоки на ключи у официантов.
Лифт привёз его на четвёртый этаж. Оформленный в коричневых, кремовых, коралловых и белых цветах коридор, устланный палевого цвета ковром, мог бы быть холодным, если бы не горшки с диффенбахией и монстерой, широкие зелёные листья которых радовали глаз.
Ларри дошёл до комнаты номер четыреста девять и провёл электронным ключом вдоль магнитного замка. Раздался тонкий писк, на замке загорелась зелёная лампочка, и он открыл дверь.
Сказать, что номер люкс с видом на море был шикарным, значит ничего не сказать. Он был выполнен в серых тонах, создавая холодную атмосферу, которую дополняли сплит-системы, но после влажного, душного Ахинмайского вечера такая атмосфера была то, что надо.
Ларри зашёл, не снимая туфель. Большой зал с обеденной зоной, которая была отделена от коридора декоративной стеной выполненной под дерево с квадратным окном посередине. Под ногами деревянный паркет. В зале серого цвета угловой диван и стол со столешницей под мрамор. Напротив декоративная деревянная стена, в середине которой висел плазменный телевизор. Единственным растением была стоящая на столике юкка: высотой метра полтора большая вечнозелёная пальма.
На столике перед диваном лежало угощение в виде ролл и серебряное ведёрко, в котором стояла бутылка «Дом Периньон». Рядом же стояли два бокала. Ларри сел на мышиного цвета диван, открыл бутылку шампанского и разлил напиток по бокалам. Взяв один, он пригубил напиток.
Шампанское «Дом Периньон» было любимым напитком Елизаветы, и, как она утверждала, благодаря кинобондиане эпохи Шона Коннери. Она была большим фанатом кино, и Ларри частенько слушал её рецензии, посвященные тому или иному фильму. Она рассказывала ему, что ещё до встречи со своим мужем она переехала в Москву и пыталась пробиться на Мосфильм или поступить в театральный институт. Но ни там, ни там успех её не ждал, кроме того, что однажды она не прошла пробы на эпизодическую роль проститутки в какой-то драме, основанной на реальных событиях.
