«Если бы я знал, что меня ждет, то развернулся бы и добежал до Северного полюса», – вспоминал Сэвидж.
По словам Сэвиджа, Джуэлл не мог найти ни верных тактических решений, ни правильных ободряющих слов. В итоге даже тренировки стали мучительной рутиной, а уж в играх точно было не легче: игроков «Дерби» регулярно освистывали собственные болельщики. В одном из матчей Джуэлл подозвал Сэвиджа к себе и стал орать, чтобы тот не пасовал защитнику Даррену Муру, который был готов подарить сопернику гол даже в самой простой ситуации. Сэвидж был в шоке: «Я впервые в жизни услышал, что передачу нужно давать не своим, а чужим игрокам». «Дерби» при Джуэлле был настолько плох, что руководство клуба и само, похоже, поверило в необходимость искупления за волшебное чемпионство Клафа и, чтобы рассчитаться со временем, назначило следующим главным тренером его сына, Найджела Клафа. Тот хотя бы смог остановить падение «Дерби».
Пол Джуэлл, впрочем, тоже сумел закрепиться в местном футбольном фольклоре. Когда я возвращался со стадиона после матча, один из болельщиков указал мне на скульптуру барана, символ города и талисман «Дерби Каунти»: «Ты уже видел памятник Клафу и Тейлору. А это – памятник Джуэллу. Да и то слишком симпатичный».
Глава 4
«Астон Вилла», «Бирмингем Сити» и неуважение к прошлому
Бирмингем был серьезно разрушен бомбежками во время Второй мировой. Возможно, поэтому местные власти так легко приняли и так быстро начали осуществлять проект застройки города типовыми многоэтажными домами. Идея сооружения очередной бруталистской утопии пришла в голову главному инженеру Бирмингема Херберту Мандзони. Его план был неплох – полгорода лежало в руинах, а довоенные жилые кварталы были построены кое-как и рассыпались на глазах, – но Мандзони невзлюбили за показное пренебрежительное отношение к истории и архитектурным традициям города. «Старые здания Бирмингема имеют исключительно сентиментальную ценность, толку от них мало. Их лучше снести и построить на этом месте что-нибудь практичное», – говорил Мандзони. При нем в центре города возвели 80-метровую круглую башню и гигантскую библиотеку в виде перевернутого мавзолея, верхние этажи которой нависали над нижними. Здания впечатляли, но совершенно не подходили Бирмингему по стилю. «Нельзя построить утопию на месте уже существующего города», – писал архитектурный критик Джонатан Мидс.
В итоге центр Бирмингема превратился в нагромождение плохо сочетающихся построек: неоклассическое здание городской администрации, викторианский терракотовый особняк, бетонный торговый центр 60-х годов и монструозная библиотека, в которой, по мнению принца Чарльза, уместнее было жечь книги, чем хранить. Когда Мандзони ушел на пенсию, новый главный инженер с одобрения населения города стал сносить послевоенные здания, пытаясь восстановить прежний облик города, хотя сделать это было уже невозможно. Кроме того, Бирмингем, утвердившийся в статусе второго города Англии, развивался так стремительно, что бизнес-интересы доминировали над эстетикой и строительство велось быстро, хаотично и без оглядки на план. «Центральный Бирмингем – это бесцеремонное и порой смехотворное совмещение несовместимого», – отмечал Мидс в 1998 году; с тех пор там появилось еще два гигантских здания: новый торговый центр и новая библиотека. Таким образом, город и отказался от традиционного стиля, и не обзавелся современным.
Что-то похожее произошло и с футбольными клубами Бирмингема. Один из директоров «Астон Виллы» Уильям Макгрегор был отцом-основателем футбольной лиги в 1888 году, и первый сезон чемпионата Англии «Вилла» закончила на втором месте, а через пять лет впервые выиграла титул. За этим последовали еще 11 довоенных трофеев, пара послевоенных и громкий успех в начале 80-х, когда клуб в седьмой раз стал чемпионом Англии, а также выиграл Кубок европейских чемпионов-1982 в матче против «Баварии» и Суперкубок Европы – в матче против «Барселоны». Казалось, на таком фундаменте только строить и строить, но владелец «Астон Виллы» Даг Эллис все время сомневался, стоит ли превращаться в суперклуб и влезать в долги или же жить по средствам и рассчитывать на удачу при выборе тренера. За вольное обращение с тренерами, которых он нанимал и увольнял без особых раздумий, Эллиса прозвали Смертоносный Даг.
Результаты команды хорошо отражали импульсивность Эллиса. В 1988 году «Вилла» вылетела из первого дивизиона, на следующий год вернулась обратно, в 1991-м заняла в элите 17-е место, а год спустя – второе. Чтобы закрепить успех, Эллис пригласил в «Астон Виллу» первого иностранного тренера (не из Британии или Ирландии) в истории английской высшей лиги. Йозеф Венглош выводил сборную Чехословакии в финал ЧЕ-1980 и четвертьфинал ЧМ-1990, однако его последним местом работы в клубном футболе была Малайзия. Эллиса это не смутило: он представил Венглоша журналистам со словами «Поднимите руку, если знаете, кто это», и пресса в ответ прозвала тренера Доктором Кто: у словака была докторская степень по психологии. Через три месяца после назначения Венглоша «Астон Вилла» обыграла «Интер» в Кубке УЕФА на своем поле со счетом 2:0, но уступила в ответном матче 0:3, вылетела из турнира и начала проигрывать всем подряд в чемпионате.
