Между миром мертвых и миром живых
Мегалитическая культура не была для Европы случайным поветрием. Она господствовала здесь тысячелетия, пока не уступила место натиску кельтов и античным ценностям, принесенным под чеканную поступь римских легионов.
Самые ранние свидетельства этой культуры датируются первой половиной V тысячелетия до нашей эры (мегалиты в окрестности Карнака во Франции), а самые поздние появляются в Британии то время, когда минойская (критская) цивилизация клонилась к своему закату – около 1500 года до нашей эры, а на островах Средиземного моря мегалитическая культура просуществует и того дольше.
Три тысячи лет! Такой огромный срок не был отпущен ни античной Греции, ни Римской империи, ни Древнему Египту. В этом была уникальность мегалитической цивилизации. Если бы ее создатели владели письменностью, как много они могли бы рассказать нам, их потомкам! Но единственные иероглифы, которые были им ведомы, – это язык камней, наверное, навсегда утраченный нами. Лишь отдельные символы, мнится нам, мы разгадываем, делая это с превеликим трудом.
В последние годы всё больше людей интересуются тайнами мегалитов. С появлением новейшей измерительной техники их исследование расширяется. Разумеется, особое внимание археологов всего мира, как и любителей древности, привлекает Стоунхендж, – пожалуй, самый знаменитый памятник эпохи мегалитов.
Эпоха же была удивительной! Европа, вся эта громадная, дикая часть света, внезапно ощутила свое единство. Из одного ее конца в другой теперь устремлялись предприимчивые авантюристы, стараясь раздобыть в самых глухих ее уголках соль, руду или янтарь, а потом продать их за сотни километров отсюда. Так же сбывались и идеи.
Многих, кто занимается исследованием мегалитической культуры, поражает, насколько же схожи, а порой и совершенно одинаковы ее памятники – все эти гробницы, святилища и другие постройки, появившиеся повсюду. Поражает появление одних и тех же символов и скульптур в сооружениях, которые разделяют тысячи километров. Поражает сходство ритуалов и церемоний. Для большинства ученых это несомненный знак того, что на протяжении тысячелетий определенные религиозные верования распространялись в разных регионах, и вместе с ними распространялся главный архитектурный стиль эпохи. Он помогал обустраивать жизнь и на этом свете (святилища), и на том (гробницы).
Для мегалитической религии характерны почитание усопших и культ предков. То и другое было тесно связано с почитанием Великой Матери-Земли. Зримый символ этой религии – коллективные погребения. Ее адепты прилагали неимоверные усилия, чтобы оказать достойные почести покойным и воздвигнуть им загробные дома, которые ничто не могло бы сокрушить. Повинуясь этим неизреченным догматам, люди совершали немыслимое – возводили «усыпальницы вечности», громадные монументы, которым предстояло пережить тысячелетия.
Многим из нас такое поведение покажется безумным. Но, наверное, с точки зрения строителей Стоунхенджа, «современные европейцы, далекие их потомки, показались бы им не менее безумными, когда все силы своих рук и воли они вкладывают в обустройство временного, земного существования, стараясь вовсе забыть о неизбежности смерти и отщипывая для умерших только жалкую толику тех средств, какие тратятся на прихоти живых» (А. Зубов. «История религии»). И далее: «Монументальные “вечные” захоронения должны были стоять до конца времен. Поэтому их строят навсегда. Жилища же живых временны и непрочны, как сама наша земная жизнь. До нас от эпохи мегалита дошло то, что предназначалось мертвым, то есть вечности».
В основе мегалитической архитектуры действительно лежат погребальные ритуалы. Для вождей и членов их рода сооружались высокие надгробные памятники, сложенные из крупных камней.
