Синий пот
В те первые дни в Вашингтоне я постоянно чувствовал желание сбросить с себя брюки. От жары и влажности штанины все время липли к телу.
Мне было тогда полных четырнадцать лет, и меня одного на несколько месяцев отправили из Европы к тетке в Вашингтон. Она жила неподалеку от Коннектикут-авеню в доме из красного кирпича. Увидев меня, дедушка Джо тут же сказал тетке:
– Этот быстро растет, он еще влетит нам в кругленькую сумму. Придется купить ему кроссовки и новые штаны, потому что эти будут ему коротки уже через два месяца.
Пока он говорил, в комнате внезапно стало темно, и я вздрогнул.
– Не бойся, – сказал дедушка Джо, засмеявшись. – Это опоссум. Он ходит к нам на окно пить молоко.
Дедушка Джо был весь в веснушках, как змеиное яйцо; мне он по тетке приходился двоюродным братом, и ему тогда еще не исполнилось семи лет. Он только-только пошел в школу. Я никогда не спрашивал, почему его так странно зовут. Их квартира была крошечной, так что головная боль, которая мучила тетку по пятницам, распространялась до самой середины леса, который тянулся за домом. Тетка жила на первом этаже, и ее окна, так же как и окна всех окрестных домов, смотрели в зеленое пространство, полное влаги, белок и опоссумов.
На следующий день дедушка Джо потащил меня «посмотреть, что пишут в лесу». И действительно, на некоторых стволах были пришпилены чьи-то некрологи, предложения о сдаче квартир и другие объявления самого разного рода. На одном от руки был написан номер телефона и следующий текст:
7 EARLS WANTED!
– Что это значит? – спросил я у дедушки Джо.
– Ты что, читать не умеешь?
– Умею, но кто это может «разыскивать семерых графов»?
– Ну ты и дурак! Пошевели мозгами. Представь себе, что твоя мысль – это шарик, которым нужно подтолкнуть другой шарик так, чтобы он покатился прямо в лунку!.. Знаешь седьмую букву алфавита?
Я начал считать, загибая пальцы:
– Эй, би, си, ди, и, эф, джи… Седьмая буква «джи», – сказал я.
– А теперь сложи, раз угадал! «G» плюс «earls» равно gearls!
– Значит, ищут гёрлз, девушек. Для чего?
– Кто его знает, для чего.
В этот момент лес наполнился волшебной тихой музыкой. Она изумила меня, и я спросил:
– Что это?
– Это Аусенция.
– Что?
– Аусенция. Так зовут одну нашу соседку, а кроме того, так называется песня из какого-то фильма, поэтому она часто ставит ее и слушает. Она сама из Лимы. И про нее кое-что рассказывают. Не очень понятное. И что у нее за прозвище, я тоже не понимаю. Ее называют Глубокая Глотка.
– Почему?
– Не знаю. Мама говорит, что нехорошо так про нее говорить. Аусенция раньше была монахиней, но ее изнасиловали, и после этого она ушла из монастыря.
