После достижения стадии психологического распада смерть уже совсем рядом. У людей есть совершенно реальная способность умирать спокойно и часто быстро без какой-либо органической причины.
Поэтому вполне вероятно, что смерти, официально признанные как смерти из-за переохлаждения, могли иметь совершенно другую причину, скрытую от всех.
У меня есть фотографии с места события, свидетельствующие, что мужчина сначала снял брюки, ботинки, куртку, сложил их, положил бумажник на камень рядом, а потом улегся на свое смертное ложе из сосновых иголок. Его выражение лица и вся поза такие умиротворенные, что сложно поверить, что он мертв. Для меня это очень важные фотографии, поскольку я был координатором поисков этого человека. Каждый раз, когда мне начинает казаться, будто я обалденный специалист по поиску и спасению людей, я их достаю, и самоупоение проходит довольно быстро.
Мы еще далеко не до конца понимаем, как работает человеческое сознание; как говорил апостол Петр, мы видим мир сквозь тусклое стекло[37]. Существует много факторов, влияющих на то, сколько информации мы можем воспринимать и как мы распоряжаемся этой информацией. Мы порой совершаем поступки, которые может позволить себе только человек, находящийся в полусознательном состоянии: терять ключи и не находить их у себя под носом; не замечать красного света светофора; забывать о кипящем чайнике; не оплачивать счета по дому и многое другое. Последствия таких действий не самые серьезные. Но когда человек попадает в чуждые и враждебные ему условия, цена ошибок совсем другая.
Мы оставили Киллипа у подножия горы Терра Тома, где он пережидал снежную бурю, — это было на третью ночь после того, как он заблудился. Он уже пережил стадии отрицания (спуск не по тому склону, который ему был нужен), паники (когда он пытался забраться на вершину по крутому склону горы) и планирования (попытка вернуться по старому следу). Киллип достиг предпоследней стадии — стадии угасания. Но он не сдался.
Приятно, что случаи «выздоровления» случаются довольно часто (это относится и к компаниям, и неудачным бракам, и болезням, и потерянным душам). Среди нас есть люди, выживающие в любых ситуациях, есть и беспомощные жертвы, готовые сдаться при первой сложности. Однако подавляющее большинство не относится ни к той, ни к другой категории. Сначала мы не очень хорошо справляемся с задачей, но потом приходим в себя, собираемся с духом, начинаем трезво мыслить и правильно действовать. Такого подхода для выживания вполне достаточно. Как говорил мой отец: «Правильная посадка — это когда ты уходишь от самолета на своих двоих».
Киллип собрался с духом и с мыслями. Он надел высокие сапоги для рыбной ловли и начал ходить, чтобы согреться. Развел костер и сделал себе укрытие из мешков для мусора. Все это следовало сделать в первую ночь, но лучше позже, чем никогда. Следующие два дня он оставался в своем лагере и привыкал к окружающей среде, то есть вплотную занимался собственным выживанием. Киллип дошел до четвертой стадии, то есть до той тонкой грани, разделяющей живых и мертвых, но он не покорился, а прагматично принял ситуацию, в которой оказался. Он даже научился восхищаться миром, в который попал. И начал создавать когнитивную карту окружающего его мира. Киллип стал сам себя спасать, применяя первое и самое главное жизненное правило: будь здесь и сейчас.
Пятая и последняя стадия может оказаться началом новой жизни или в буквальном смысле слова последней стадией жизни настоящей. Некоторые сдаются и умирают. Другие перестают отрицать и начинают выживать. Для этого не надо быть особенно подготовленным человеком — большим спортсменом или рейнджером. Не надо быть перфекционистом. Надо просто начать делать и следующий шаг сделать правильно.
